Татьяна Полякова

Август 1936-го. Чикаго, США. Нарком пищевой промышленности СССР Анастас Микоян стоит у прилавка с банками американского майонеза и думает: «Вот оно! Вот чего не хватает социализму!» Через несколько месяцев первая партия нового соуса едет прямо в Кремль — на дегустацию к самому Сталину. Сталин пробует, хмурится, но потом говорит: «Годится». С этого момента майонез становится официально советским. К семидесятым его жирность — 67%, вкус — чуть резковатый от спиртового уксуса (но с детства помним!). А баночка по 250 граммов стала универсальным предметом быта: хранили в ней всё — от винтиков до рассад. Без майонеза не обходилось ни одного серьезного праздника. Какой же «Оливье» да без майонеза? Но вот парадокс: вывозить за границу было нельзя. Давайте разбираться, как майонез был заново переоткрыт в СССР, почему стал культовым продуктом и что же помешало отправлять его на экспорт, хотя запрос на майонез был. Анастас Микоян придумал, как превратить голодную страну в страну пломбиров, шампа