Екатерина Резепова (Еремина)

«Вечный зов» 52 года спустя Более полувека назад случилось то, что теперь называют кинематографической легендой: на советские экраны вышел «Вечный зов», который, наверное, смотрел весь советский народ. Сейчас мы его называем сериалом, но, насколько помню, в те времена это был 19-ти серийный фильм. Каждое воскресение старшее поколение всей семьей собиралось у экрана телевизора. Представьте: целых десять лет — с 1973‑го по 1983‑й — съемочная группа жила этим проектом, так долго его снимали. Было много курьезных и опасных ситуаций. Многие актеры уже ушли из жизни — но немало и тех, кто дожил до почтенного возраста. Давайте вспомним их судьбы: как сложилась жизнь актеров «Вечного зова» спустя 52 года? Ада Роговцева (88 лет) — Анна Кафтанова (Савельева) Ада Роговцева, Анна Одна из самых ярких звезд «Вечного зова». Ее героиня Анна — женщина невероятной внутренней силы: пройдя через войну, утраты и испытания, она сохраняет достоинство и материнскую любовь. Во время работы над одной из сцен ак

Ноябрь 1942 года. Оккупированная Белоруссия, местечко Микашевичи. В зале местного кинотеатра пахнет табаком и самодовольством. Сотни немецких солдат, хохоча, смотрят новый пропагандистский фильм. Уверенные в своей безнаказанности, они не знают, что в будке киномеханика сидит не запуганный юноша, а ангел мщения. И что этот сеанс станет для них последним. Имя этому ангелу — Иван Конопацкий, 19-летний комсомолец, чей тихий характер скрывал пламя, способное испепелить врага. До войны Иван был обычным киномехаником — человеком, дарившим людям свет и мечту с киноэкрана. С приходом немцев юность закончилась. Оккупанты, пытаясь создать видимость «нового порядка», поставили ультиматум: или Ваня крутит кино для них, или отправляется на каторгу в Германию, или, что еще хуже, идет в полицаи. Выбор без выбора. Юноша остался, чтобы помогать семье, жившей на хуторе неподалеку. Пришлось крутить фильмы. Два раза в неделю — для местных, за плату. В остальные дни — бесплатные сеансы для «сверхлюдей». Каж

Нина Алексеевна Лобковская (по документам 1924 г.р.) хотела отомстить фашистам за отца, призванного в Красную Армию в январе 1942 г. и погибшего в Битве за Воронеж. Для этого она поступила в Государственный медицинский институт Таджикской ССР в Сталинабаде и одновременно с похвальной грамотой окончила курсы стрелков при районном военкомате. Чувство глубокой ненависти и мести к врагу, который принёс столько горя и слёз, переполняло моё сердце, всё твёрже крепло во мне желание попасть на фронт. Но сделать это было непросто — девушек не брали в армию. (Н.А.Лобковская // От солдата до генерала. — Том 5.  М.: Алгоритм, 2005.) В октябре 1942 г. в Сталинабад пришёл запрос на две кандидатуры самых метких стрелков для отбора на только что созданные женские курсы отличных стрелков снайперской подготовки при Центральной школе инструкторов снайперской подготовки (ЦШИСП) в оранжерее усадьбы Шереметьева у станции Вешняки под Москвой. Нина была выбрана и с радостью согласилась. Нас одели в солдатску

22 июня 1941 года семилетний Вася Лановой с двумя сестрами вышел из поезда на станции Абамеликова под Одессой. Над их головами летели сотни немецких самолетов. Они ехали к деду на каникулы и не знали, что началась война. Мать осталась в Москве — работала на химическом заводе. Дети оказались в оккупации, а родители не знали, живы ли они. Не знали они и того, что встретятся снова только через три с половиной года. Встреча произошла в 1944-м. Красная Армия освободила эти места, и мать наконец смогла приехать за детьми. Ехала на арбе – деревенской повозке, которую медленно тянули два вола. "Старшая сестра из дома мне кричит: "Мама приехала!" – вспоминал Лановой. – Я помчался наверх, обогнал одну сестру, вторую сестру и побежал к станции. Два вола тянут арбу, на арбе сверху сидит какая-то бабушка и в упор смотрит на меня. Издали худая, худая... Я пробежал мимо" Мальчик не узнал собственную мать. Она так изменилась за эти годы — измученная, исхудавшая. А он вырос, загорел, стал говорить по-у