Валентин Петров

Величайшая трагедия постсталинского марксизма заключалась в подмене живого метода анализа мёртвым догматическим ритуалом. Вместо применения диалектического материализма к новым историческим условиям — глобализации капитала, трансформации империализма, возникновению биполярного мира — советские теоретики 1950–60–х годов превратили труды Ленина в священные тексты, вырывая цитаты из контекста эпохи. Никита Хрущёв стал символом этой методологической катастрофы. Его попытки «вернуться к ленинизму» обернулись не творческим развитием теории, а механическим копированием формул, утративших связь с материальной реальностью. Особенно фатальным стало непонимание им сути сталинизма как исторически обусловленной формы защиты революции в условиях капиталистического окружения и военной угрозы, которую он ошибочно противопоставлял ленинизму, игнорируя преемственность этапов развития. Сегодня эту его ошибку повторяют многие малограмотные леваки. Хрущёв фатально не усвоил главный принцип марксизма: перви