Валя Полунина

Мы были той самой парочкой, про которую все говорят "идеально сошлись". Анна – моя невеста, умница, красавица, всё по полочкам. Кольцо присмотрели с сапфиром, потому что бриллианты, по её словам, носит каждая дура. Всё было спланировано как в кино: зал у реки присмотрели за год, список гостей на полторы сотни человек, свадебный планировщик этакая важная дама. И план. Боже, какой у нас был план! Не просто на свадьбу – на всю жизнь. После ипотека в хорошем районе, через два года – обязательно ребёнок, через пять – она открывает свою кофейню с авторскими десертами, а я к тому времени уже должен был вырасти до тимлида в айтишной конторе. Мы это на бумажку выписали, серьёзно. Сидели, обсуждали бюджеты и сроки. И мне казалось, что вот оно, взрослое счастье – когда всё ясно, расписано и красиво упаковано. Но была у меня ещё одна семья. Совсем другая. Соседка снизу, Лена. Наши мамы дружили до безумия, как сёстры, и пока мои родители сутками пахали, я практически жил у них в этой квартире. Ле

Ой, Галь, ты садись, садись, чай налью, я тебе сейчас расскажу! Вчера ночью не спалось мне, полезла в интернет почитать что-нибудь, и наткнулась на рассказ один. Про свекровь и невестку. И вот лежу я потом, смотрю в потолок и думаю - это ж надо было такое написать! У меня прямо сердце заходится от возмущения, до сих пор успокоиться не могу. Значит, слушай, там история такая. Живут молодые, Рома и Алина. Живут себе припеваючи, в кафешках ужинают, пиццу едят, завтраки только по выходным готовят. Ну ладно, живут как хотят, их дело. И тут приезжает мама Ромы, Бронислава Витальевна. Оказывается, она квартиру свою продала, деньги отдала другому сыну, Степану, на бизнес. А тот, значит, взял деньги и маму на порог не пустил. Ну, или как там написано - «так получилось». Мы-то с тобой понимаем, что это значит. Жена Степана ее выжила, сто процентов, они всегда так делают, эти молодые жены. И вот приехала эта женщина к родному сыну. Одна, с сумкой. Представляешь, Галь? Всю жизнь работала, кварти

С содроганием вспоминаю тот период. Мне только стукнуло 17, а тест показывает две полоски. Но даже в тот момент все не казалось чем-то сложным. Осознание пришло, когда я вышла из роддома с ребенком на руках. Смотрю на это свое фото, и так жалко ту себя... Столько всегда сразу навалилось. Как вывезла, вообще не знаю... Родив, я четко поняла, что теперь моя жизнь будет разделена на ДО и ПОЛСЕ. И это ПОСЛЕ в разы сложнее того, что было ДО. А до много чего было: отчим-домашний боксер, который избивал меня и мать, уход из дома в 13 лет, бродяжничество, уход со школы и выход в 14 лет на работу, так как нужно было себя содержать. Добрый день! Меня зовут Ирина Калим, мне 37 лет. На своем канале рассказываю тяжелую историю своего детства и юности. Как пример того, что из любой Ж можно выбраться и стать человеком, вывести свою семейную ветку на другой уровень. Об этом периоде свое жизни я писала на своем канале. Ссылка, кто не читал: Если коротко: в 13 лет я ушла из дома, так как больше не могл

Россияне плачут и матерятся от цен в магазинах и аптеках. Соцсети буквально взорвались количеством видео одинаковой тематики – люди оказались не готовы к столь резкому росту цен на продукты и медикаменты. Люди сообщают, что цены настолько подскочили на все виды продуктов, что в некоторых магазинах шоколадки прячут в специальные кейсы от воровства. «Шоколадку поместили в специальный кейс, потому что она стала настолько дорогой. Цены на нее колеблются от 600 до 800 рублей. То есть, люди не могут позволить себе элементарный вещей. Не могут позволить себе купить шоколадку. Людей буквально вынуждают воровать», - прокомментировал ситуацию в магазинах один из покупателей в Ярославле. И, если молодые люди чаще возмущались ценами на шоколад и прочие снеки, то семейные пары оказались в ужасе от закупок базовых продуктов питания и медикаментов. Девушка показала, что купила в магазине творог, мандарины, конфеты, сметану, сыр и капсулы для кофе-машины, и отдала за это 2800 рублей. И это не считая

– Мы с отцом уже все решили, – Ольга положила ладонь поверх руки сына. – Продаем дачу. Два миллиона на первый взнос дадим, и хватит вам уже по съемным углам мыкаться. Андрей замер с чашкой на полпути ко рту. Наталья, его жена, тоже перестала жевать, и кусок пирога так и остался у нее на вилке. – Мам, ты чего? – Андрей осторожно поставил чашку. – Какая дача? Вы же там каждое лето... – Переживем. Миша, скажи им. Отец, до этого сосредоточенно ковырявший ложкой варенье, поднял голову. – Мать права. Сорок лет этой даче, там уже крыша течет, забор гниет. Одна морока. А вам жить негде. – Пап, мы сами накопим, – Андрей покачал головой. – Еще года два, может, три... – Три года! – Ольга всплеснула руками. – Три года по чужим хатам, с ребенком на подходе? Наташ, ну хоть ты скажи! Наталья растерянно посмотрела на мужа, потом на свекровь. – Ольга Викторовна, это же огромные деньги. Мы не можем вот так просто... – Можете, – отрезала Ольга. – Это не обсуждается. Мы уже с риелтором созвонилис