Антонина Мухина

Хозяин запер дверь. Мэри не могла кричать, не могла сбежать. Пятнадцатилетняя горничная работала в этом доме всего три месяца, и ее просто выгнали бы на улицу. Впрочем, когда Мэри Ломакс была на седьмом месяце, ее и так выставили вон. Дорога была одна – в работный дом, где люди тяжело трудились за хлеб и крышу над головой. Мэри казалось, что она сходит с ума… - К этой не подходите, мэм, она больна, - сказал смотритель работного дома, указывая на ворох тряпок в углу. Среди этой серо-коричневой кучи было тяжело разглядеть худое, бледное и изможденное лицо совсем молодой женщины. Она металась в бреду, и ее уже списали со счетов. Умрет, скорее всего. Чего беспокоиться? - Ей нужен хороший врач. – решительно сказала высокая женщина в широкополой шляпе. - Кто ж ей приведет хорошего врача? – хмыкнул смотритель. Решение было принято в одну секунду. Жозефина Батлер – так звали женщину в шляпе – позвала своих лакеев, и скоро больную женщину перевезли в ее собственный дом. Когда Мэри Ломакс пошла