Валентина Графова-Римарчук

Стою я как-то вечером у открытого холодильника. Смотрю на его полупустые полки, на одинокий пакет молока и заветревшийся огурец. И считаю в уме. Очередной поход в магазин, очередная круглая сумма, испарившаяся с банковской карты быстрее, чем запах свежеиспечённого хлеба из булочной. Знакомая история? Мне — слишком. Раньше я думал, что экономить на еде — это значит есть что попало и меньше. Оказалось, я был кругом неправ. Это не аскеза, не жизнь в режиме хлеба и воды. Это — стратегия. Высший пилотаж здравого смысла. Я прошёл путь от транжиры, кидающего в корзину всё блестящее и вкусно пахнущее, до человека, который знает цену каждой копейке и каждому продукту. И сейчас я готов поделиться этим знанием. Это не свод суровых правил, а собрание наблюдений, которые перевернули моё отношение к питанию. И к жизни, если честно. Давайте начнём с самого главного. С того, на чём ступить на путь экономии — себе дороже. В прямом смысле. Сэкономите сегодня — завтра отдадите втридорога аптеке. Или прос

Стою я как-то вечером у открытого холодильника. Смотрю на его полупустые полки, на одинокий пакет молока и заветревшийся огурец. И считаю в уме. Очередной поход в магазин, очередная круглая сумма, испарившаяся с банковской карты быстрее, чем запах свежеиспечённого хлеба из булочной. Знакомая история? Мне — слишком. Раньше я думал, что экономить на еде — это значит есть что попало и меньше. Оказалось, я был кругом неправ. Это не аскеза, не жизнь в режиме хлеба и воды. Это — стратегия. Высший пилотаж здравого смысла. Я прошёл путь от транжиры, кидающего в корзину всё блестящее и вкусно пахнущее, до человека, который знает цену каждой копейке и каждому продукту. И сейчас я готов поделиться этим знанием. Это не свод суровых правил, а собрание наблюдений, которые перевернули моё отношение к питанию. И к жизни, если честно. Давайте начнём с самого главного. С того, на чём ступить на путь экономии — себе дороже. В прямом смысле. Сэкономите сегодня — завтра отдадите втридорога аптеке. Или прос

Вы смотрите в глаза знакомого человека. Помните улыбку, родинку на щеке, лёгкий изгиб бровей… И вдруг – пауза. Имя исчезло. Как будто кто-то стер его с карты памяти вашей жизни. Сначала забываете, зачем вошли в комнату. Потом – где ключи. А однажды – дату рождения собственного внука. Это не возрастная мелочь. Это тревожный сигнал: мозг постепенно угасает. Но есть и другая сторона. Даже в 60, 70 или 80 лет можно вернуть ясность ума, свежесть воспоминаний и остроту мышления. Не с помощью таблеток или сложных процедур, а через простые привычки. Те, которые проверил временем и жизнью. Академик, которого списали Академик Александр Микулин. Врачи в 50 лет считали его безнадёжным. И всё же в 90 он создавал проекты самолётов, учил языки и помнил мельчайшие детали молодости. Как ему это удалось? Имя Микулина сегодня вспоминают всё чаще – как пример того, что старение мозга не приговор, а стадия, которую можно замедлить, а иногда и повернуть вспять. В молодости он создавал авиацию с нуля. В 50