Николай Гнутов

23 июля 1980 года. Москва. Дворец спорта «Измайлово». Весовая категория — до 82,5 кг. На помост выходит Юрик Варданян — 24 года, тихий, скромный, из Ленинакана (ныне Гюмри, Армения). И за 6 попыток он переписывает историю: Но главное — как он это сделал. Без крика. Без жестов. Просто встал, взял штангу — и поднял будущее. 💪 Почему 400 кг — это больше, чем рекорд? Потому что до Варданяна никто даже не верил, что средневес может поднять такую сумму. Это был барьер, как «четырёхминутная миля» в беге. Считалось: «Тело не выдержит. Физика не позволит». Но Юрик знал: Не физика решает. Решает характер. Он тренировался в простом зале в Армении. Спал на скамейке между подходами. Ел то, что давали. И верил в одну вещь: если ты честен с собой — штанга ответит тебе правдой. 🌍 Москва-1980: победа над обстоятельствами Мир бойкотировал Игры. Многие называли их «ненастоящими». Но Варданян не думал о политике. Он думал о движении. О чистоте усилия. О том, чтобы оставить после себя не медаль, а ориент

Зима в этих краях никогда не наступала постепенно, деликатно предупреждая о своем приходе утренними заморозками или первым робким инеем. Нет, здесь она обрушивалась сразу, властно и беспощадно, словно кто-то там, в небесной канцелярии, одним рывком опрокидывал гигантское ведро с ледяной крошкой на застывшую землю. Небо, еще вчера бывшее свинцово-серым, вдруг опускалось ниже, касаясь верхушек деревьев, и начиналось светопреставление. Снег валил стеной три дня и три ночи подряд. Это был не легкий городской пушок, а тяжелая, плотная масса, укрывающая тайгу непроницаемым одеялом, под которым исчезали очертания мира. Исчезали границы между тропинками, оврагами и ручьями, превращая ландшафт в бесконечную белую пустыню, где любой неверный шаг мог стоить жизни. Алексей стоял на дощатом крыльце своего зимовья, держась рукой за обледенелый столб опоры, и смотрел, как миллиарды белых хлопьев медленно, гипнотически опускаются на темные, мохнатые лапы вековых елей. Деревья стояли неподвижно, как

Недавно на нашем канале вышла статья, посвященная актерам фильма «Сказка о царе Салтане». Прочесть ее можно по ссылке ниже. Сегодняшняя публикация будет посвящена актерам фильма «Неуловимые мстители» и его продолжениям. Все три фильма пользовались большой популярностью у зрителей, а исполнители главных ролей стали популярными на весь СССР. Из этой статьи вы узнаете, как уходили и где покоятся актеры, сыгравшие в «Неуловимых». Мы расскажем не обо всех ушедших актерах, так как их, к сожалению, очень много. Если публикация вам понравится, то мы обязательно выпустим продолжение. Возможно, кто-то не знал, что при рождении актёра звали Виктор Николаевич Волков, но после того, как не стало отца Виктора, его усыновил известный артист Иван Косых. Позже Виктор Николаевич стал Виктором Ивановичем. Помните Костю Иночкина из «Добро пожаловать…»? Эту роль сыграл Виктор Косых. Она стала дебютной в его карьере. Юного актера заметили и начали приглашать сниматься в кино. Стоит сказать, что роль в «Неул

— Зорька, ты слышишь? Опять ветер с севера тянет. Снег будет, — голос старика звучал глухо в предрассветной тишине. Лошадь, чья голова виднелась из денника, лишь фыркнула, выпуская облачка пара в морозный воздух, и переступила копытами по деревянному настилу. — Вот и я говорю, — продолжил старик, набивая трубку табаком. — Рано нынче зима стучится. Не к добру такая спешка, ох не к добру... Суетливая она в этом году, нервная. Как баба на базаре. Он чиркнул спичкой. Огонек на мгновение осветил его лицо — изрезанное морщинами, жесткое, но спокойное, словно камень на дне реки. — Ну, пошли, старушка. Дела сами себя не сделают. Тайга ждать не любит. Тайга действительно не терпела суеты. Она дышала медленно, глубоко, словно исполинский спящий зверь, укрытый бесконечным лоскутным одеялом из мхов, лишайников и хвои. Здесь, на Дальнем кордоне, в сотне километров от ближайшего асфальта, время не текло — оно сочилось, как густая смола из надреза на кедре. В том мире, который Захар оставил много л

Роспотребнадзор заявил, что в 2025 году почти 20% молочной продукции оказались фальсификатом – это рекорд. Вместо молока производители подмешивают растительные масла, говяжий жир, крахмал и сою, а нередко разбавляют продукт водой. В отдельных случаях эксперты находят и совсем «сюрпризы»: мел, соду, кислоты, гипс и даже «мясной клей» для продления срока хранения. Это в очередной раз доказывает, что система маркировки в России – филькина грамота, которая только удорожает товары. Зачем тогда ее продолжают навязывать предпринимателям и покупателям? Все дело в том, что маркировка – это частный бизнес. И за каждую марку, наклеенную на пакет с молоком или бутылку с кефиром бизнес платит частной конторе. По итогу это десятки миллиардов рублей. А владельцем этой конторы являются представители какой-нибудь олигархической семейки, родственники министров, депутатов и так далее. Поэтому готовьтесь, штрах-кодовые марки будут скоро на всём. За ваш счёт, конечно. Будем благодарны за поддержку нашего к