Капитолина Макшанчикова-Волкова

Стою в винограднике на рассвете. Воздух не просто прохладный, он плотный, напитанный ночной прохладой реки и сладким, тяжелым ароматом цветущих лоз. Он осязаем, как парное молоко. Солнце еще за холмом, но небо уже переливается перламутром, и в этом свете каждая капля росы на виноградном листе — это отдельный хрустальный мир. Провожу ладонью по листу. Он бархатный, прохладный, с легким седым пушком на изнанке. В ушах — абсолютная, звенящая тишина, которую вот-вот разорвут птицы. Приседаю между рядами, чтобы завязать побег. И тут замираю. На пальцах остается не просто влага. Что-то липкое, почти невидимое. Смотрю против света, под углом. И вижу их: на нижней стороне молодых листьев, в самых укромных уголках у прожилок — крошечные, маслянистые, желтоватые пятна. Они не на всех кустах. Но они есть. Как первый, едва слышный кашель в переполненном зале перед эпидемией. Это она. Милдью. Ложная мучнистая роса. Ее споры уже здесь, в этой идеальной, божественной влажности. Они ждут лишь чуть бо