Cветлана Морозова

Вы открыли мешок с сухим кормом и насыпали в миску. Удобно. Не портится, не пахнет, не требует готовки. Кот ест, вы спокойны. Прошёл год. Три года. Пять лет. Кот всю жизнь ест только сухой корм. Ничего кроме. И вы начинаете замечать: он пьёт мало, стал вялым, шерсть тусклая, ходит в лоток с натугой. Ветеринар находит камни в почках или проблемы с мочевым. Вы не понимаете откуда. Я скажу откуда. За двадцать лет я видела сотни котов на пожизненной сухой диете. Сегодня расскажу правду о том, что происходит с организмом кота, который ест только сухой корм. Хроническое обезвоживание — кот не пьёт столько, сколько нужно Сухой корм содержит пять-десять процентов влаги. Влажный корм или натуральная еда — семьдесят-восемьдесят процентов. Разница огромная. Кот по природе получает воду из добычи. Мышь на восемьдесят процентов состоит из воды. Кот эволюционно не привык пить много. У него слабое чувство жажды. Когда кот ест только сухой корм, он должен выпивать втрое больше воды, чем при влажном п

Вашей кошке шестнадцать лет. Раньше встречала у двери. Мурлыкала. Спала на коленях. Теперь прячется. Уходит когда вы подходите. Не даёт гладить. Вы думаете: характер испортился от старости. Обиделась. Нет. Кошка избегает вас, потому что вы причиняете боль. Неосознанно. Своим обычным обращением. Которое для молодой кошки нормально. Для старой — мучительно. За двадцать лет я видела сотни старых кошек, которые страдали от привычных действий хозяев. Хватание на руки. Активные игры. Громкие звуки. Холодные поверхности. Одиночество. То, что раньше было нормой — теперь стресс и дискомфорт. Сегодня расскажу пять ошибок обращения со старыми кошками. Которые не связаны с едой. Но разрушают качество жизни. Ошибка первая — резко хватать и поднимать на руки Вы хватаете старую кошку под живот. Поднимаете быстро. Как делали десять лет. Кошка кричит. Вырывается. Царапается. Вы обижены: раньше любила на руках. Сейчас не любит. Не любовь тут не причём. Боль. Старые кошки имеют артрит. В позвоночнике.

Одна женщина много лет назад рассказывала про свою маму. С обидой рассказывала: мама была скупой. И однажды накричала на дочь-подростка, когда обнаружила, что пельменей нет. Друзья приходили. И пельмени съели. А мама кричала, надо же. Ей жаль было этих несчастных покупных пельменей, которые она варила по счету. Двенадцать пельменей или десять. Но не больше. И вообще экономила на многом. Одежду новую дочери редко покупала. И до выпускного класса дочка ходила в клетчатом пальто с уродливым искусственным мехом. Рукава надставляли... Я спросила, помнит ли она, как трудно было в нашем детстве с продуктами. Ничего не было. Талоны. Громадные очереди. И мама после работы стояла в этих очередях, так? И получала она мало. Ну сколько получал тогда обычный инженер, не начальник? А отец ушел. И мать одна растила дочь. Ей надо было считать и деньги, и пельмени. Потому что надеяться было не на кого. Ей надо было распределить ресурс. И еще отложить на лето, чтобы свозить дочку на море. Она была сир