Андрей Сюсюкало

Для человека совсем не одно и то же — быть или жить одному и испытывать состояние одиночества. Одиночество как переживание — это и эмоциональный отклик, в котором проявляется потребность чувствовать и быть разделённым в этих чувствах, когнитивный отклик. который проживается в запросе быть понятным и понимать тех, с кем находишься рядом и смысловой, который проявляется в базовом вопросе, зачем я живу и зачем всё то, что я делаю и со мной происходит. Когда эти вопросы остаются без ответа, тогда возникает одно из самых тяжело переживаемых состояний, которое ведет к депрессиям, к тревожным состояниям, суицидальным намерениям и мыслям. Независимо от того, в каких условиях появляется чувство одиночества, мы должны понимать, что наш мозг очень социален. И в нём есть так называемые зеркальные нейроны, которые настроены на отражение мозга. эмоциональных реакций других людей, по которому возникает наш собственный эмоциональный отклик и впоследствии возникает ориентированность в социальных контак

Всё началось с моей очередной поездки на Алтай прошлым летом. Эти места словно дышат древней силой. Массивные горы, бирюзовые реки, долины, укутанные туманом — всё это не просто красиво, а будто наполнено чем-то… настоящим. Живым. Здесь чувствуешь себя не просто туристом — ты как будто гость в мире, где всё имеет значение. Даже камень под ногой. Однажды, стоя на перевале, я вдруг поймал себя на странной мысли: «А что, если это место — не просто точка на карте? Что, если за этим ландшафтом скрывается нечто большее?" В какой-то момент я задал нашему проводнику вопрос: — Почему о Рерихе здесь говорят так часто? Он усмехнулся, как человек, который это слышит не в первый раз, и ответил: — Потому что он искал Шамбалу. И он верил, что вход в неё — где-то здесь, в этих горах. Так начался разговор, который заставил меня погрузиться в одну из самых загадочных историй человечества. Что вообще такое Шамбала? Это слово звучит почти как заклинание. По древним буддийским текстам — это мистическое ца

Это не легенда. Это — отчёт. В 1925 году русский художник и мистик Николай Рерих возглавил масштабную экспедицию в Центральную Азию. Среди протоколов и зарисовок есть один странный документ — запись беседы с ламами в монастыре Тситанг. «Смельчаки, спускавшиеся в пещеру Манлун у горы Кайлас, не возвращались, — сообщили монахи. — Либо они оставались там навсегда, обретя иное знание, либо… их не пускали обратно те, кто уже живёт внутри». Рерих был не первым и не последним. Десятки экспедиций за последние сто лет направлялись в тибетские пещеры в поисках входа в легендарную подземную страну Агарти. Большинство из них — внезапно сворачивали работы. Часть — сообщала о необъяснимых помехах в оборудовании. А некоторые — просто пропадали без следа. Что они нашли? И что за сила, обитающая под Тибетским нагорьем, так эффективно охраняет свои границы? Концепция полой Земли с внутренним солнцем и цивилизацией внутри — не выдумка конспирологов XIX века. Её корни уходят в древнейшие религиозно-филосо