Людмила Заиграева

Евгений Кулаков / фото из открытых источников Три года — достаточный срок, чтобы шум улёгся, эмоции осели, а фигура человека начала проступать без искажений. Имя Евгения Кулакова сегодня звучит тише, чем раньше, но именно в этой тишине лучше всего видно масштаб поворота, который он совершил. Это не кумир стадионов и не культовая икона эпохи. Кулаков — профессионал среднего плана, редкий тип актёра, на котором годами держатся сериалы: надёжный, узнаваемый, дисциплинированный. Такие не мелькают в светских хрониках, зато стабильно работают, зарабатывают, кормят семьи и формируют телевизионный пейзаж страны. Его лицо знали миллионы, даже если не всегда вспоминали фамилию. Он не был маргиналом системы и не находился «на обочине» профессии. Наоборот — к моменту отъезда карьера шла вверх: главные роли, рейтинговые проекты, устойчивый доход, имя в титрах, которое продюсеры не боялись. В индустрии таких людей называют «опорой»: не звезда первой полосы, но тот, на кого можно положиться. И именно

Валентина Ивановна сидела на кухне, когда позвонил сын. Она сразу поняла по голосу, что Алексей зол. — Мам, ты что действительно будешь требовать деньги от внука?! — выпалил он с порога разговора. Валентина Ивановна отложила чашку с чаем и вздохнула: — Лёша, успокойся. Давай спокойно поговорим. — Какое спокойно! Антон мне только что позвонил, рыдал в трубку. Говорит, бабушка требует вернуть деньги. Какие деньги, мам? Он студент, у него копейки! — Сто двадцать тысяч — это не копейки, — твёрдо ответила она. — Откуда у него такие деньги? И почему ты их требуешь? Валентина Ивановна встала, подошла к окну. За окном шёл снег. Скоро Новый год. Праздник. А на душе так тяжело. — Я дала ему эти деньги в долг. Он обещал вернуть. — Когда это было? — Летом. Пришёл, сказал, что нужны деньги на учёбу. На второе высшее поступил, платное. Я отдала все свои накопления. А теперь выясняется, что никакое второе высшее он не получает. Алексей помолчал: — Откуда ты узнала? — Встретила его случайно возле то