Елена Исаева

- Стойте! Что вы делаете? Зачем? – закричал на всю улицу пожилой мужчина, когда один из подростков схватил его торбу с деньгами, а потом, громко смеясь, вместе со своими друзьями-школьниками побежал в сторону парка. Случайные прохожие, конечно, видели, что произошло, но догонять хулиганов никто не бросился. Почему? Так понятное дело, почему. Гололед ведь на улице – запросто поскользнуться можно, и упасть. И даже сломать что-нибудь, не дай Бог. Поэтому люди лишь неодобрительно качали головами и с сочувствием смотрели на бездомного старика. Им было жалко этого человека, но помочь ему они сейчас ничем не могли. У самих проблем хватает... ***** Опустив голову, большой пёс неспешно шёл по самому краю тротуара, стараясь не обращать внимания на шарахающихся в разные стороны людей. Шарахались они, понятное дело, от него. Почему? Просто люди таким образом перестраховывались. Старались, так сказать, держаться подальше от потенциальной угрозы. Кто его знает, что у этого пса на уме? Да и вид у нег

Житейские истории Осиротел Ванюша, когда не было ему и трех. Старших братьев забрали в детдом, а его — пожалел дед, сухой и седой. «Мал еще. Пропадет». Так и пошли по жизни — старик да мальчишка. В церковь вместе, на службы. Ваня, добрый и послушный стал прислуживать в церкви. Мечтал стать священником. А после службы — играл с «поповичами», сыновьями батюшки, заглядывая в их устроенный мир. И был один из дней Страстной седмицы, время глубокого покаяния и молитвенного сосредоточения. «Поповичи» вышли за калитку, жуя что-то с таинственным и довольным видом. — Пирожки, — поделились они. — С яйцом. Ваня замер. Мир его, выстроенный на простоте «можно» и «нельзя», дрогнул и съежился. — Так… пост же… — выдавил он в недоумении. Старший мальчик снисходительно махнул рукой: — Нам мама сказала: есть можно. Только не на виду, не показывая никому... Слова были просты. Но для Вани мир рухнул, слова разломали скрижали. Вера — не твердыня, а ветхая завеса, за которой взрослые договариваются о чём-то

1941 год Девятнадцатилетняя Галя шла домой, прижимая к себе букетик полевых цветов. Проходя мимо дома своего жениха Петра она улыбнулась - вот он стоит, топор точит, а рядом его отец возится у телеги. Увидев Галину, Петя улыбнулся: - Откуда идешь, Галчонок? - окликнул он, переступая через низкий плетень и подходя к ней. Галя остановилась, стараясь ровно дышать. Вот сколько уж гуляют вместе, а всё равно у неё дух захватывает при виде него. Она вскинула голову, глядя на него снизу вверх и улыбнулась. - Цветы рвала, смотри, какие красивые васильки. - Как глаза твои, - он обнял девушку. - Заходи к нам чай пить, мама пирожков с капустой напекла. - Не могу сегодня. Мамка ждет, молоко надо отнести бабушке Зое. Петенька, вечером я приду к нашему месту, - лукаво улыбнулась она. Парень кивнул, взял у нее из рук один василек и сунул его в карман своей рубахи. Подтянувшись на цыпочках, Галя схватила его голову руками, потянула к себе и поцеловала Петра в щеку, затем побежала домой. Дома мама