Предыдущая публикация
- 00:28
- 01:30
- 00:26
- 00:10
- 00:18
- 00:17
- 00:05
- 00:35
- 00:11
- 00:18
Фильтр
Ну где ты, талия, вокруг один живот,
Не влазит в сарафан любимый, чёрт!
Коробочка конфет хохочет из буфета,
От смеха угорает пожарская котлета...
Ну всё! Решила твердо: хватит жрать!
С утра начну диету соблюдать!
Забуду про котлеты и про торты,
Пусть снятся фрукты, овощи и натюрморты!
Но как же чай без сладкого, скажите?
Конфетку маленькую к чаю – разрешите...
А вечером, ну, чуть-чуть, макарон,
И сыра с плесенью, всё лёгкий рацион.
Весы нахмурились, скрипя под гнётом,
Взывают: «Милочка, займитесь спортом!»
- Я завтра точно приступлю к задаче!
Клянусь, не Долина, здесь всё иначе...
Мне фитнес-клуб откроет настежь двери,
Прижму гантели к сердцу еле-еле!
Но тренер скажет: «Браво! Молодец!»
Не влазит в сарафан любимый, чёрт!
Коробочка конфет хохочет из буфета,
От смеха угорает пожарская котлета...
Ну всё! Решила твердо: хватит жрать!
С утра начну диету соблюдать!
Забуду про котлеты и про торты,
Пусть снятся фрукты, овощи и натюрморты!
Но как же чай без сладкого, скажите?
Конфетку маленькую к чаю – разрешите...
А вечером, ну, чуть-чуть, макарон,
И сыра с плесенью, всё лёгкий рацион.
Весы нахмурились, скрипя под гнётом,
Взывают: «Милочка, займитесь спортом!»
- Я завтра точно приступлю к задаче!
Клянусь, не Долина, здесь всё иначе...
Мне фитнес-клуб откроет настежь двери,
Прижму гантели к сердцу еле-еле!
Но тренер скажет: «Браво! Молодец!»
Ну вот и всё, прошёл и этот год,
Мы даже под «короной» не сломались...
Мы плыли в шторм, в водоворот,
На брег богатыри шли, улыбались.
Теперь любимых за руку возьмём,
А всех лукавых восвояси сводим.
Кого обидели нечаянно — вернём,
От братской боли глаз мы не отводим.
Что «пачкало» и «рылось» — уползёт,
След заметёт, возьмётся коркой.
Конь огненный подковой отобьёт:
— «Ты у границы его не шоркай».
Поднимем факелы в конце пути:
Ползли, хромали, шли, бежали...
Русь-матушка жива, как ни крути...
И белы руки в зное не дрожали.
Укроет землю серебристый снег
Пушистым бриллиантовым покровом.
Сколько бы ни минуло нам лет,
Как в детстве, встретим этот новый.
Нарядим ель огромными шарами.
Наденем
Мы даже под «короной» не сломались...
Мы плыли в шторм, в водоворот,
На брег богатыри шли, улыбались.
Теперь любимых за руку возьмём,
А всех лукавых восвояси сводим.
Кого обидели нечаянно — вернём,
От братской боли глаз мы не отводим.
Что «пачкало» и «рылось» — уползёт,
След заметёт, возьмётся коркой.
Конь огненный подковой отобьёт:
— «Ты у границы его не шоркай».
Поднимем факелы в конце пути:
Ползли, хромали, шли, бежали...
Русь-матушка жива, как ни крути...
И белы руки в зное не дрожали.
Укроет землю серебристый снег
Пушистым бриллиантовым покровом.
Сколько бы ни минуло нам лет,
Как в детстве, встретим этот новый.
Нарядим ель огромными шарами.
Наденем
Лунный свет, скользнувший в окна,
Не отменил мой строгий взгляд.
От белой гардины серым волокна,
Да паутиной волнистой висят.
Я не надеюсь на чудо, спасенье,
Не ищу и мелодий тихих простых.
В моей душе — глухое запустенье,
И эхом отзывается лишь стих.
Но иногда сквозь плотную завесу
Моих потерь, их очертаний злых,
Ложится отблеск памяти воскресшей,
И чем-то ярко освящая их.
Тогда я вижу вдалеке дорогу,
Где светят звезды, шепчет тишина.
Идти осталось мне туда недолго...
А жизнь моя ещё не начата.
И может быть, однажды я сумею
Тяжесть вины той сбросить с плеч.
И красоту увидеть, как впервые,
И в каждом миге шаг свой уберечь.
24.12.2025, ДальРай
Не отменил мой строгий взгляд.
От белой гардины серым волокна,
Да паутиной волнистой висят.
Я не надеюсь на чудо, спасенье,
Не ищу и мелодий тихих простых.
В моей душе — глухое запустенье,
И эхом отзывается лишь стих.
Но иногда сквозь плотную завесу
Моих потерь, их очертаний злых,
Ложится отблеск памяти воскресшей,
И чем-то ярко освящая их.
Тогда я вижу вдалеке дорогу,
Где светят звезды, шепчет тишина.
Идти осталось мне туда недолго...
А жизнь моя ещё не начата.
И может быть, однажды я сумею
Тяжесть вины той сбросить с плеч.
И красоту увидеть, как впервые,
И в каждом миге шаг свой уберечь.
24.12.2025, ДальРай
А помнишь, как казалось — всё, конец!
Замёрзнем, словно мамонты в Сибири.
— «Вам показалось», — тихо вторил жнец,
Казаться так не будет вам отныне.
И крыши выдержали натиск вьюг,
Пробивалось солнце сквозь туманы.
Вернулся на порог мой старый друг,
Мы этим возвращением были пьяны.
Мы были пьяны счастьем без вина
И продолжением тихой мирной жизни.
Мы будем пить весь день её до дна,
Дороги гладкие привяжем нитью...
Если кто-то скажет не с руки,
Что счастье — это краткий миг полёта,
Мы будем делать новые круги
И строить трассы новые для взлёта.
23.12.2025, Светлана Бориславская
Замёрзнем, словно мамонты в Сибири.
— «Вам показалось», — тихо вторил жнец,
Казаться так не будет вам отныне.
И крыши выдержали натиск вьюг,
Пробивалось солнце сквозь туманы.
Вернулся на порог мой старый друг,
Мы этим возвращением были пьяны.
Мы были пьяны счастьем без вина
И продолжением тихой мирной жизни.
Мы будем пить весь день её до дна,
Дороги гладкие привяжем нитью...
Если кто-то скажет не с руки,
Что счастье — это краткий миг полёта,
Мы будем делать новые круги
И строить трассы новые для взлёта.
23.12.2025, Светлана Бориславская
Любили мы батон хрустящий
До дома грызть, не сетуя на стужу.
И серебристый снег искрящий
Был запахом его обезоружен.
И был тот хлеб нам — «головою»,
Беречь учили даже крошки.
Хлеб нельзя сметать рукою.
Остатки для кота Тимошки.
20 копеек стоил белый хлеб,
Хлеб за 16 называли серым.
Сейчас такого хлеба нет.
Сейчас опасно кушать с белым.
Сейчас другие вкусы — пироги,
И выбор в супермаркетах великий,
А тот был весь из зерновой муки,
А новый весь на запахи безликий.
22. 12.2025, Дальрай
До дома грызть, не сетуя на стужу.
И серебристый снег искрящий
Был запахом его обезоружен.
И был тот хлеб нам — «головою»,
Беречь учили даже крошки.
Хлеб нельзя сметать рукою.
Остатки для кота Тимошки.
20 копеек стоил белый хлеб,
Хлеб за 16 называли серым.
Сейчас такого хлеба нет.
Сейчас опасно кушать с белым.
Сейчас другие вкусы — пироги,
И выбор в супермаркетах великий,
А тот был весь из зерновой муки,
А новый весь на запахи безликий.
22. 12.2025, Дальрай
Жизнь поседевшая с длинной прядью
Нальёт коньяку в гранёный стакан:
Мол, рано ещё ставить крест для распятия,
Ещё не надет тот в горох сарафан.
Джаз до рассвета легко дотанцует,
Каблук о паркет выбивает свой ритм.
В глаза посмотреть ЭКГ не пасует,
Спину прямой держит в зеркале вид.
Ещё не карга, не созрела старушка,
Не спрятать в морщинах историю всю.
Не заводят её балалайка с гармошкой,
А если поехала, то не на всю...
Ещё я студенткой хожу нерадивой,
В тетради каракуль ещё настрочу,
А пока чемодан соберу на Мальдивы,
Пока ноги носят, туда полечу...
И скажут ещё, что не время, что поздно,
Что молодость где-то осталась вдали.
В ответ улыбнусь от души грациозно,
И крикну: «Вы просто взлете
Нальёт коньяку в гранёный стакан:
Мол, рано ещё ставить крест для распятия,
Ещё не надет тот в горох сарафан.
Джаз до рассвета легко дотанцует,
Каблук о паркет выбивает свой ритм.
В глаза посмотреть ЭКГ не пасует,
Спину прямой держит в зеркале вид.
Ещё не карга, не созрела старушка,
Не спрятать в морщинах историю всю.
Не заводят её балалайка с гармошкой,
А если поехала, то не на всю...
Ещё я студенткой хожу нерадивой,
В тетради каракуль ещё настрочу,
А пока чемодан соберу на Мальдивы,
Пока ноги носят, туда полечу...
И скажут ещё, что не время, что поздно,
Что молодость где-то осталась вдали.
В ответ улыбнусь от души грациозно,
И крикну: «Вы просто взлете
Любовь и обожание — одно и тоже?
Кто скажет — да, а кто-то — нет.
И всё же ума сдвиги так похожи,
И не бывает чувств похожих — нет.
Пусть будет два в одном — коктейль,
И напрочь «сносит крышу»...
(Нет, лучше пусть на месте всё стоит.)
— Я не могу жить без тебя, ты слышишь?
(Гормон с ума сошедший говорит.)
Два человека вдруг становятся едины
Большими крыльями парящего орла.
Так не летают даже над Мединой,
Так не сгорают, кто горел дотла.
Он залюбил душой, заобожал всем сердцем,
И кажется, что это навсегда...
Идут сиамские, как два младенца,
Не разделить их чувств на города.
Дальрай
Кто скажет — да, а кто-то — нет.
И всё же ума сдвиги так похожи,
И не бывает чувств похожих — нет.
Пусть будет два в одном — коктейль,
И напрочь «сносит крышу»...
(Нет, лучше пусть на месте всё стоит.)
— Я не могу жить без тебя, ты слышишь?
(Гормон с ума сошедший говорит.)
Два человека вдруг становятся едины
Большими крыльями парящего орла.
Так не летают даже над Мединой,
Так не сгорают, кто горел дотла.
Он залюбил душой, заобожал всем сердцем,
И кажется, что это навсегда...
Идут сиамские, как два младенца,
Не разделить их чувств на города.
Дальрай
00:28
загрузка
Показать ещёЛевая колонка
О группе
Привет, мой дорогой читатель! Добро пожаловать в авторскую группу Ланы ДальРай
Скрыть информацию
Фото из альбомов
Ссылки на группу
39 400 участников
370 участников