Владимир Душенков

Тут наши трень-бременские музыканты побитого монархического оркестра гоняют коллективно по сети очередную тему, которая кажется остроумной: а давайте всех поклонников коммунистов будут судить, как при Дзержинском и Берии, тройками или ещё как-то. И весело хохочут. Смешная же шутка. А давайте вас, кретинов, будут судить, как в контрразведке Колчака и Врангеля, со всем процессуальным набором. Или как вы хотите? Военно-полевыми судами Николая Второго, столыпинскими галстуками? Пыточными Петра Великого и Великой Екатерины? Мне равно мила законность и эпохи дворцовых переворотов, и опричнины, когда вас, желторотых детей с пушком на розовых ушах, вымели бы из ваших московских квартир, которые достались вам в наследство от ваших родителей – советских бонз, чей прах вы предаёте, предаёте, предаёте – но это предательство никак не может насытить ваши дырявые сердца. Потому что Иуда сыт не бывает.

Автор: Никита Третьяков Жила-была на свете очень злая женщина, звали ее Млада Реформатовна, была она обаятельна, умна, велеречива. Лучше всего она умела создать иллюзию прекрасного будущего. Не имея за душой многого и очень жалея себя, Млада обманом женила на себе очень богатого старика Союзова. Он был полуслеп, почти глух и не заметил подвоха — уж больно сладкоголоса оказалась Млада. Водворилась Млада в доме Союзова и стала свои порядки наводить — кутить, распродавать нажитое не ее трудом, гулять, пить, веселиться. И всё бы у Млады было хорошо, если бы не было у Союзова любимой дочери — Пролушки. Та была и умная, и работящая, и талантливая, и отца очень любила. Раз отец взял в жены Младу, то и ее, свою мачеху, Пролушка очень сильно старалась полюбить. Она так много работала и так усердно училась, что никак не могла понять, что Млада никогда ее не полюбит и не примет из-за ее немодной одежды и немолодежной речи, ее скромности и непритязательности. Вскоре у Млады появились свои дети. Н