Раны от тактического наступления, раны от пережитых битв и раны от нанесенной старой сукой и ее мечом, постепенно затягивались, оставляя лишь рубцы и ровные швы, подлатанный Ингрид и закаленной новой миссией с помощью Рейны, Нильс потихоньку оправился и был готов к новым свершениям. После той встречи в хижине, Нильс и Рейна поняли как важно держаться вместе, как важно сыграть этот самый пока что дуэт, чтобы встретиться с третьим братом. Рагнарек - вещь заманчивая и есть шанс навсегда увековечиться в истории не только как конунг-завоеватель, но и как олицетворение самого Йормунганда. А ничего более Нильсу и не нужно. Ведь слава о таких Богах никогда не умирает, как и тем более слава о чудовищах. Нильс и Рейна время от времени встречались в хижине Ингрид для переговоров и дальнейших обсуждений. Рейна часто пропадала по указке Нильса и впитанные ею знания от него приносили свои плоды. Она училась,а он был наставником в делах переговоров, в силе и даже некоторой политике. Сам Нильс поселил...ЕщёРаны от тактического наступления, раны от пережитых битв и раны от нанесенной старой сукой и ее мечом, постепенно затягивались, оставляя лишь рубцы и ровные швы, подлатанный Ингрид и закаленной новой миссией с помощью Рейны, Нильс потихоньку оправился и был готов к новым свершениям. После той встречи в хижине, Нильс и Рейна поняли как важно держаться вместе, как важно сыграть этот самый пока что дуэт, чтобы встретиться с третьим братом. Рагнарек - вещь заманчивая и есть шанс навсегда увековечиться в истории не только как конунг-завоеватель, но и как олицетворение самого Йормунганда. А ничего более Нильсу и не нужно. Ведь слава о таких Богах никогда не умирает, как и тем более слава о чудовищах. Нильс и Рейна время от времени встречались в хижине Ингрид для переговоров и дальнейших обсуждений. Рейна часто пропадала по указке Нильса и впитанные ею знания от него приносили свои плоды. Она училась,а он был наставником в делах переговоров, в силе и даже некоторой политике. Сам Нильс поселился недалеко от Ингрид, скрытый в лесах от случайных путников. Она окружила его дом чудовищным запахом мертвечины, к которому и на несколько миль никто не подходит. И ни у кого в Гёталанд даже не возникает вопросов: кто бы мог пустить такой запах на окраине леса. Через пару лет уже появились байки, что там проводятся сейды и что Ингрид учинила там настоящий обряд, проводит инициации с самим Локи. В очередной свой раз, собравшись в хижине Ингрид, Нильс пришел по зову Рейны. Он знал о ее собранных людях, знал о ее ходах, которые она использовала против врагов и как наращивала свою мощь. А так же знал и о врагах, какие вскоре должны были получить по заслугам. Нильс, опираясь на трость ковылял в сторону ведьминского дома. Ее самой тут не было, оно и понятно. Она старалась не вмешиваться в дела новых друзей и предоставляла ради своего пророчества все необходимые ресурсы для встречи двух особо важных лиц. Нильс вошел в хижину и осмотрелся. Там было подозрительно тихо. Рейна оказалась на задах, где упражнялась с мечом. Недолго думая, бывший конунг Бургундии швырнул в ту свой топор и теперь уже воительница ловко разрубила рукоятку топора по полам. Лезвие и остатки отлетели в разные стороны. Тренировки были изнуряющими и от давления, а так же усталости Рейна тяжело дышала, но быстро выпрямилась, заметив гостя. - Ты быстро учишься - заключил Мёрдер, облокачиваясь на свою трость.
– У меня хороший учитель, – ответила Вигхард, выравнивая дыхание и выпрямляясь. Уголки губ Мёрдера тронула едва видимая улыбка.
Последние пару месяцев Скайрипа упорно тренировалась под чутким руководством своего наставника. Воительница узнала много новых приёмов и техник, а так же возможности их использования. Мало-помалу бывший конунг открывал в Рейне навыки переговорщика и вербовщика. Благодаря советам и подсказкам Нильса, Скайрипе удалось потихоньку находить и вербовать людей, не отличающихся сильной верой в асов и ванов. С помощью уловок и манипуляций, Рейна открывала им новые видения будущего и привлекала на сторону тьмы. Вигхард оставила стезю потрошителя в прошлом. Теперь ей нужно было стать новым человеком, который смог бы возглавить и повести за собой целую армию.
Воительница всё схватывала на лету и тут же старалась применить при каждом удобном случае. Ей нравилось проводить время с Мёрдером. Она чувствовала, что некоторые барьеры, которые она выстраивала год
...Ещё
– У меня хороший учитель, – ответила Вигхард, выравнивая дыхание и выпрямляясь. Уголки губ Мёрдера тронула едва видимая улыбка.
Последние пару месяцев Скайрипа упорно тренировалась под чутким руководством своего наставника. Воительница узнала много новых приёмов и техник, а так же возможности их использования. Мало-помалу бывший конунг открывал в Рейне навыки переговорщика и вербовщика. Благодаря советам и подсказкам Нильса, Скайрипе удалось потихоньку находить и вербовать людей, не отличающихся сильной верой в асов и ванов. С помощью уловок и манипуляций, Рейна открывала им новые видения будущего и привлекала на сторону тьмы. Вигхард оставила стезю потрошителя в прошлом. Теперь ей нужно было стать новым человеком, который смог бы возглавить и повести за собой целую армию.
Воительница всё схватывала на лету и тут же старалась применить при каждом удобном случае. Ей нравилось проводить время с Мёрдером. Она чувствовала, что некоторые барьеры, которые она выстраивала годами между собой и людьми потихоньку рушатся. И была приятно удивлена, заметив, что и Нильс в последнее время начал больше оказывать знаков внимания. Ей казалось, что он, как и она, заново учиться строить отношения и доверять людям.
Последние несколько дней Рейна всё чаще ловила себя на мысли о необходимости поделиться с Нильсом своей историей. В глубине души Скайрипа чувствовала некую связь с ним и была уверена, что уже пришло время для откровений. В конце концов, по словам вёльвы он может помочь ей отомстить за смерть Нанны.
Отложив оружие в сторону, воительница жестом пригласила Мёрдера присесть около костра.
– Думаю настало время, открыть тебе мою самую острую боль и самую сильную ненависть. Я хочу, чтобы ты помог мне отомстить за смерть дорогого мне человека, – Рейна прямо посмотрела в глаза Нильсу. Он не отводил с неё глаз и немного подался вперёд, внимательно слушая собеседницу.
В течение их разговора Скайрипа рассказала о Нанне, заменившей ей мать, поделилась своими воспоминаниями и переживаниями. Голос её дрогнул и превратился в гневный шёпот, когда рассказ дошёл до момента смерти Нанны и неудавшейся попытки отомстить за неё.
– Кровь за кровь, Нильс. Я жажду мести и я её получу.
Нильс улыбнулся. Эта улыбка была вовсе не похожа на ту, что видели жители Каттегата, Бургундии или его хирды во время завоеваний. Эта улыбка была дружелюбной и...мягкой? Вполне. Некоторое время, проведенное с Рейной, научили его смирению, сдержанности и некоторому осмыслению. Он по-прежнему оставался тем кем его считали. А слава о Мёрдере после его исчезновения ходила еще больше и еще дальше, чем при его "жизни". Нильс всегда усмехался и говорил: "Для того, чтобы тебя воспели, сравнили с чудовищем или назвали конунгом всех берсерков, нужно или умереть или залечь на дно". От части так и было. - Я слышал от путников из Дальсланда...некая Скайрипа набирает мощь. Многие начинают делать ставки на нее. Будь тише, чтобы молва о тебе не ходила так резко и быстро. Нам пока это ни к чему. Те, кого вербуешь, должны уважать твою тайну. От того и должны пока что молчать. Величие твое достигнуть будет не так-то просто. Чтобы завоевать территории и склонить людей на свою сторону, ...ЕщёНильс улыбнулся. Эта улыбка была вовсе не похожа на ту, что видели жители Каттегата, Бургундии или его хирды во время завоеваний. Эта улыбка была дружелюбной и...мягкой? Вполне. Некоторое время, проведенное с Рейной, научили его смирению, сдержанности и некоторому осмыслению. Он по-прежнему оставался тем кем его считали. А слава о Мёрдере после его исчезновения ходила еще больше и еще дальше, чем при его "жизни". Нильс всегда усмехался и говорил: "Для того, чтобы тебя воспели, сравнили с чудовищем или назвали конунгом всех берсерков, нужно или умереть или залечь на дно". От части так и было. - Я слышал от путников из Дальсланда...некая Скайрипа набирает мощь. Многие начинают делать ставки на нее. Будь тише, чтобы молва о тебе не ходила так резко и быстро. Нам пока это ни к чему. Те, кого вербуешь, должны уважать твою тайну. От того и должны пока что молчать. Величие твое достигнуть будет не так-то просто. Чтобы завоевать территории и склонить людей на свою сторону, разговоров и даже отрубленных голов недостаточно. Нужна хитрость и правильность принятых решений. Дальновидность и осторожность. - Он видел, что Рейна слушала с интересом, а главное внимательно. Она больше не тренировалась. Бывший берсерк подошла, чтобы поведать Змею новую тайну, которая скоро станет ключевым моментом в ее жизни и он был готов ее выслушать. Когда Рейна закончила, Нильс задумался. Его глаза на этот раз смотрели с прищуром. - Ярл Ингстад (он назвал ее так впервые) не остановится. Захочет отомстить. Вероятнее всего захочет не сама, так как не знает тебя как противника, не видела, не разглядела. Карли... - голос прошипел. Зачем Ингрид спасла ее? Зададим ей вопрос при встрече. - мысли Нильса были теперь занятыми Морган. Она всегда путалась под ногами, была именно там, где ей быть было совсем не нужно. - Вероятнее всего Катерина пошлет кого-то из своих воительниц. Это будет либо Хеда, либо Эресми. Кто-то из них. Я уверен. Будь осторожна. Не стоит недооценивать хитрость Катерины, ее воительницы считаются лучшими во всей Скандинавии и достать кого-то, даже тебя - для них не составит труда. Мы поступим по-другому...ты отомстишь, но не в этот раз.
Нильс объяснил. Имя Нанна он слышал очень много раз и знал нехорошую тайну, которую держал при себе. Он знал, что полезно иметь козыря против новых правителей. Не важно в каких землях они сидят. - Твою мать... - он попробовал осторожно сказать это слово и когда увидел, что реакция от Рейны в поправке не последовала, продолжил: - Твою ненастоящую мать убила вовсе не Катерина. Это сделал Роан Гаральдсон, в момент рождения его сына. Как изменилось лицо Рейны, жившей столько лет с неправдой и надуманным образом, было предугадать несложно. Оно моментально изменилось. И теперь даже Нильс забеспокоился о ее реакции
Вигхард сидела в оцепенении, лицо её стало мертвенно бледным, всё её тело на миг парализовало. У девушки было ощущение, словно ей нанесли удар по голове чем-то тяжёлым. Она не могла поверить в услышанное. Слова Нильса казались неправдой и ложью. Рейна не могла их принять. Нет. Ведь, если слова Мёрдера были правдой, выходило, что всё это время Скайрипа пыталась отомстить не тому человеку? Неужели Вигхард пыталась убить невиновного? Ту, что сама пострадала от подлости настоящего виновника? Разум воительницы находился будто в тумане. Она изо всех сил старалась сконцентрироваться на словах Мёрдера, прокручивая их у себя в голове. Роан убил Нанну. Не Катерина. Не она отняла у Вигхард мать. Глаза Рейны налились кровью, черты лица исказились от гнева. Ярость волной поднималась из глубин её тела, наполняя грудь и захлёстывая сознание. Она судорожно задышала, сжимая и разжимая кулаки. В горле клокотал рык.
В памяти Скайрипа вызывала воспоминания о той ночи, когда она пыталась
...Ещё
Вигхард сидела в оцепенении, лицо её стало мертвенно бледным, всё её тело на миг парализовало. У девушки было ощущение, словно ей нанесли удар по голове чем-то тяжёлым. Она не могла поверить в услышанное. Слова Нильса казались неправдой и ложью. Рейна не могла их принять. Нет. Ведь, если слова Мёрдера были правдой, выходило, что всё это время Скайрипа пыталась отомстить не тому человеку? Неужели Вигхард пыталась убить невиновного? Ту, что сама пострадала от подлости настоящего виновника? Разум воительницы находился будто в тумане. Она изо всех сил старалась сконцентрироваться на словах Мёрдера, прокручивая их у себя в голове. Роан убил Нанну. Не Катерина. Не она отняла у Вигхард мать. Глаза Рейны налились кровью, черты лица исказились от гнева. Ярость волной поднималась из глубин её тела, наполняя грудь и захлёстывая сознание. Она судорожно задышала, сжимая и разжимая кулаки. В горле клокотал рык.
В памяти Скайрипа вызывала воспоминания о той ночи, когда она пыталась убить Катерину. Если бы её отравленный кубок по ошибке поставили бы перед Роаном, если бы он выпил из него, и если бы он тогда умер? Что было бы тогда? Испытывала бы сейчас Вигхард облегчение или нет? Ненароком вспомнились слова Ингрид: “Если ты сейчас убила бы Катерину Лихтенштейн, то в будущем конунг Нильс Мёрдер, <…> никогда бы не пришёл сюда, умирая и прося нас о помощи. <…>. Мёрдер поможет тебе найти убийц той, что ты любила...Нанна. Всё взаимосвязано. Наши судьбы переплетены. Без Катерины Нильс не покинет Каттегат. Без Нильса ты не сможешь отыскать убийц Нанны. Они связаны с ним...и только он знает где их искать. Пока что нам нужна воительница Севера. <…> поверь, без их участия мы не сможем определить победителей.” Теперь эти слова обретали смысл. Ингрид знала всё с самого начала. Вёльва была права…
Рейна делала глубокие вдохи и выдохи, пытаясь сдерживать волну ярости и боли, что готовы были вырваться. В конечном итоге, у девушки больше не осталось сил сдерживаться. Резко вскочив, Вигхард набросилась на Мёрдера, хватая его обеими руками за шкирку и невольно заставляя того встать.
– Ты всё врёшь! ВРЁШЬ! Это не правда, – голос Рейны срывался на крик. – Это не МОЖЕТ быть правдой. Я не верю тебе!
В глазах Нильса девушка видела печаль и сожаление, он не предпринимал попыток её остановить. Вигхард неистово начала молотить кулаками мужчину по груди, выпуская пар. Так продолжалось несколько минут, пока в конце концов, Мёрдер не схватил Рейну за руки, останавливая её. Он немного нагнулся, пытаясь поймать её взгляд.
Воительница остановилась, тяжело дыша; из глаз текли горячие слёзы, выжигая неровные дорожки по щекам. В последний раз она позволяла себе так срываться, только в тот день, когда узнала о смерти Нанны. Рейна никогда ни перед не выказывала слабости, и уж тем более не показывала своих слёз. Она медленно и с опаской подняла взгляд на мужчину. Из взгляды встретились.
Реакция не заставила себя долго ждать. Оно и понятно. Какой она должна была быть? Только той, что Рейна показала. Нельзя было сравнивать ее с разъяренной валькирией, которую Один послал, чтобы поучаствовать в битве как бравый воин. Она была самой Хель, ее мидгардским воплощением, но пока что он не видел в ней богиню Смерти. Он еще не видел ее на поле битвы. Ему только предстоит сражаться бок о бок со своей названной сестрой. Рейна выглядела подавленной. Ее слабость почему-то не казалась ему слабостью. Он знал, что после этого враг будет сокрушен, повержен. Он учил ее не поддаваться эмоциям и лучше всего действовать так, как изначально задумали. А в этой битве не место сентиментальности. Но если так будет легче пережить утрату, обман и негодование, то Нильс должен поддержать. В его голове крутилось это в тот момент, когда Рейна схватила его, колотила в грудь и всячески пыталась совладать с эмоциями. Наконец-то конунг встряхнул ее, показывая так, что подобное непозволительно, однако быст...ЕщёРеакция не заставила себя долго ждать. Оно и понятно. Какой она должна была быть? Только той, что Рейна показала. Нельзя было сравнивать ее с разъяренной валькирией, которую Один послал, чтобы поучаствовать в битве как бравый воин. Она была самой Хель, ее мидгардским воплощением, но пока что он не видел в ней богиню Смерти. Он еще не видел ее на поле битвы. Ему только предстоит сражаться бок о бок со своей названной сестрой. Рейна выглядела подавленной. Ее слабость почему-то не казалась ему слабостью. Он знал, что после этого враг будет сокрушен, повержен. Он учил ее не поддаваться эмоциям и лучше всего действовать так, как изначально задумали. А в этой битве не место сентиментальности. Но если так будет легче пережить утрату, обман и негодование, то Нильс должен поддержать. В его голове крутилось это в тот момент, когда Рейна схватила его, колотила в грудь и всячески пыталась совладать с эмоциями. Наконец-то конунг встряхнул ее, показывая так, что подобное непозволительно, однако быстро стушевался под взглядом Хель. Это и в прямь была будто бы его родная сестра, которая нуждалась сейчас в поддержке на верный путь, в конце концов она нуждалась в верности ее идеям, их идеям. Нильс обнял Рейну. Та, по инерции, разревелась еще больше, уже не сдерживаясь и Нильс по той же самой инерции погладил ее по голове. Все происходило как в немом кино, если только тишину нарушали всхлипы и недолгий плач навзрыд. - Ты слышала о Нибелунгах? - пытаясь отвлечь ее сказаниями и преданиями, спросил Нильс. - Это гномы, которые были властителями немыслимых сокровищ. Даже сами Боги покровительствовал им, пока мой народ из Бургундии не присвоил их себе. Сам Змей Йормунганд заступился за нас, оберегал и охранял золото Рейна. Змей пригрозил Вотану и остальным, что если сокровища так и останутся у Нибелунгов, то в скором времени ими могут завладеть не только мидгардцы, но и сам Один и вся его компания. Такого допускать было нельзя. Локи одобрил план своего сына и даже помог тому безопасно перенести туда кольца Нибелунгов. Все было сделано так, чтобы валькирии ничего не нашли...
P/S Часть истории о Нибелунгах будет выдумана в силу соединить и отметить род Мёрдера, тянущийся от самого Йормунганда. Поэтому несоответствия в рассказе Нильса очень могут быть. Заранее извиняюсь за такие грешки.
Комментарии 7
После той встречи в хижине, Нильс и Рейна поняли как важно держаться вместе, как важно сыграть этот самый пока что дуэт, чтобы встретиться с третьим братом. Рагнарек - вещь заманчивая и есть шанс навсегда увековечиться в истории не только как конунг-завоеватель, но и как олицетворение самого Йормунганда. А ничего более Нильсу и не нужно. Ведь слава о таких Богах никогда не умирает, как и тем более слава о чудовищах.
Нильс и Рейна время от времени встречались в хижине Ингрид для переговоров и дальнейших обсуждений. Рейна часто пропадала по указке Нильса и впитанные ею знания от него приносили свои плоды. Она училась,а он был наставником в делах переговоров, в силе и даже некоторой политике. Сам Нильс поселил...ЕщёРаны от тактического наступления, раны от пережитых битв и раны от нанесенной старой сукой и ее мечом, постепенно затягивались, оставляя лишь рубцы и ровные швы, подлатанный Ингрид и закаленной новой миссией с помощью Рейны, Нильс потихоньку оправился и был готов к новым свершениям.
После той встречи в хижине, Нильс и Рейна поняли как важно держаться вместе, как важно сыграть этот самый пока что дуэт, чтобы встретиться с третьим братом. Рагнарек - вещь заманчивая и есть шанс навсегда увековечиться в истории не только как конунг-завоеватель, но и как олицетворение самого Йормунганда. А ничего более Нильсу и не нужно. Ведь слава о таких Богах никогда не умирает, как и тем более слава о чудовищах.
Нильс и Рейна время от времени встречались в хижине Ингрид для переговоров и дальнейших обсуждений. Рейна часто пропадала по указке Нильса и впитанные ею знания от него приносили свои плоды. Она училась,а он был наставником в делах переговоров, в силе и даже некоторой политике. Сам Нильс поселился недалеко от Ингрид, скрытый в лесах от случайных путников. Она окружила его дом чудовищным запахом мертвечины, к которому и на несколько миль никто не подходит. И ни у кого в Гёталанд даже не возникает вопросов: кто бы мог пустить такой запах на окраине леса. Через пару лет уже появились байки, что там проводятся сейды и что Ингрид учинила там настоящий обряд, проводит инициации с самим Локи.
В очередной свой раз, собравшись в хижине Ингрид, Нильс пришел по зову Рейны. Он знал о ее собранных людях, знал о ее ходах, которые она использовала против врагов и как наращивала свою мощь. А так же знал и о врагах, какие вскоре должны были получить по заслугам.
Нильс, опираясь на трость ковылял в сторону ведьминского дома. Ее самой тут не было, оно и понятно. Она старалась не вмешиваться в дела новых друзей и предоставляла ради своего пророчества все необходимые ресурсы для встречи двух особо важных лиц. Нильс вошел в хижину и осмотрелся. Там было подозрительно тихо. Рейна оказалась на задах, где упражнялась с мечом. Недолго думая, бывший конунг Бургундии швырнул в ту свой топор и теперь уже воительница ловко разрубила рукоятку топора по полам. Лезвие и остатки отлетели в разные стороны. Тренировки были изнуряющими и от давления, а так же усталости Рейна тяжело дышала, но быстро выпрямилась, заметив гостя.
- Ты быстро учишься - заключил Мёрдер, облокачиваясь на свою трость.
– У меня хороший учитель, – ответила Вигхард, выравнивая дыхание и выпрямляясь. Уголки губ Мёрдера тронула едва видимая улыбка.
Последние пару месяцев Скайрипа упорно тренировалась под чутким руководством своего наставника. Воительница узнала много новых приёмов и техник, а так же возможности их использования. Мало-помалу бывший конунг открывал в Рейне навыки переговорщика и вербовщика. Благодаря советам и подсказкам Нильса, Скайрипе удалось потихоньку находить и вербовать людей, не отличающихся сильной верой в асов и ванов. С помощью уловок и манипуляций, Рейна открывала им новые видения будущего и привлекала на сторону тьмы. Вигхард оставила стезю потрошителя в прошлом. Теперь ей нужно было стать новым человеком, который смог бы возглавить и повести за собой целую армию.
Воительница всё схватывала на лету и тут же старалась применить при каждом удобном случае. Ей нравилось проводить время с Мёрдером. Она чувствовала, что некоторые барьеры, которые она выстраивала год
...Ещё– У меня хороший учитель, – ответила Вигхард, выравнивая дыхание и выпрямляясь. Уголки губ Мёрдера тронула едва видимая улыбка.
Последние пару месяцев Скайрипа упорно тренировалась под чутким руководством своего наставника. Воительница узнала много новых приёмов и техник, а так же возможности их использования. Мало-помалу бывший конунг открывал в Рейне навыки переговорщика и вербовщика. Благодаря советам и подсказкам Нильса, Скайрипе удалось потихоньку находить и вербовать людей, не отличающихся сильной верой в асов и ванов. С помощью уловок и манипуляций, Рейна открывала им новые видения будущего и привлекала на сторону тьмы. Вигхард оставила стезю потрошителя в прошлом. Теперь ей нужно было стать новым человеком, который смог бы возглавить и повести за собой целую армию.
Воительница всё схватывала на лету и тут же старалась применить при каждом удобном случае. Ей нравилось проводить время с Мёрдером. Она чувствовала, что некоторые барьеры, которые она выстраивала годами между собой и людьми потихоньку рушатся. И была приятно удивлена, заметив, что и Нильс в последнее время начал больше оказывать знаков внимания. Ей казалось, что он, как и она, заново учиться строить отношения и доверять людям.
Последние несколько дней Рейна всё чаще ловила себя на мысли о необходимости поделиться с Нильсом своей историей. В глубине души Скайрипа чувствовала некую связь с ним и была уверена, что уже пришло время для откровений. В конце концов, по словам вёльвы он может помочь ей отомстить за смерть Нанны.
Отложив оружие в сторону, воительница жестом пригласила Мёрдера присесть около костра.
– Думаю настало время, открыть тебе мою самую острую боль и самую сильную ненависть. Я хочу, чтобы ты помог мне отомстить за смерть дорогого мне человека, – Рейна прямо посмотрела в глаза Нильсу. Он не отводил с неё глаз и немного подался вперёд, внимательно слушая собеседницу.
В течение их разговора Скайрипа рассказала о Нанне, заменившей ей мать, поделилась своими воспоминаниями и переживаниями. Голос её дрогнул и превратился в гневный шёпот, когда рассказ дошёл до момента смерти Нанны и неудавшейся попытки отомстить за неё.
– Кровь за кровь, Нильс. Я жажду мести и я её получу.
- Я слышал от путников из Дальсланда...некая Скайрипа набирает мощь. Многие начинают делать ставки на нее. Будь тише, чтобы молва о тебе не ходила так резко и быстро. Нам пока это ни к чему. Те, кого вербуешь, должны уважать твою тайну. От того и должны пока что молчать. Величие твое достигнуть будет не так-то просто. Чтобы завоевать территории и склонить людей на свою сторону, ...ЕщёНильс улыбнулся. Эта улыбка была вовсе не похожа на ту, что видели жители Каттегата, Бургундии или его хирды во время завоеваний. Эта улыбка была дружелюбной и...мягкой? Вполне. Некоторое время, проведенное с Рейной, научили его смирению, сдержанности и некоторому осмыслению. Он по-прежнему оставался тем кем его считали. А слава о Мёрдере после его исчезновения ходила еще больше и еще дальше, чем при его "жизни". Нильс всегда усмехался и говорил: "Для того, чтобы тебя воспели, сравнили с чудовищем или назвали конунгом всех берсерков, нужно или умереть или залечь на дно". От части так и было.
- Я слышал от путников из Дальсланда...некая Скайрипа набирает мощь. Многие начинают делать ставки на нее. Будь тише, чтобы молва о тебе не ходила так резко и быстро. Нам пока это ни к чему. Те, кого вербуешь, должны уважать твою тайну. От того и должны пока что молчать. Величие твое достигнуть будет не так-то просто. Чтобы завоевать территории и склонить людей на свою сторону, разговоров и даже отрубленных голов недостаточно. Нужна хитрость и правильность принятых решений. Дальновидность и осторожность. - Он видел, что Рейна слушала с интересом, а главное внимательно. Она больше не тренировалась. Бывший берсерк подошла, чтобы поведать Змею новую тайну, которая скоро станет ключевым моментом в ее жизни и он был готов ее выслушать.
Когда Рейна закончила, Нильс задумался. Его глаза на этот раз смотрели с прищуром.
- Ярл Ингстад (он назвал ее так впервые) не остановится. Захочет отомстить. Вероятнее всего захочет не сама, так как не знает тебя как противника, не видела, не разглядела. Карли... - голос прошипел. Зачем Ингрид спасла ее? Зададим ей вопрос при встрече. - мысли Нильса были теперь занятыми Морган. Она всегда путалась под ногами, была именно там, где ей быть было совсем не нужно.
- Вероятнее всего Катерина пошлет кого-то из своих воительниц. Это будет либо Хеда, либо Эресми. Кто-то из них. Я уверен. Будь осторожна. Не стоит недооценивать хитрость Катерины, ее воительницы считаются лучшими во всей Скандинавии и достать кого-то, даже тебя - для них не составит труда. Мы поступим по-другому...ты отомстишь, но не в этот раз.
- Твою мать... - он попробовал осторожно сказать это слово и когда увидел, что реакция от Рейны в поправке не последовала, продолжил:
- Твою ненастоящую мать убила вовсе не Катерина. Это сделал Роан Гаральдсон, в момент рождения его сына.
Как изменилось лицо Рейны, жившей столько лет с неправдой и надуманным образом, было предугадать несложно. Оно моментально изменилось. И теперь даже Нильс забеспокоился о ее реакции
Вигхард сидела в оцепенении, лицо её стало мертвенно бледным, всё её тело на миг парализовало. У девушки было ощущение, словно ей нанесли удар по голове чем-то тяжёлым. Она не могла поверить в услышанное. Слова Нильса казались неправдой и ложью. Рейна не могла их принять. Нет. Ведь, если слова Мёрдера были правдой, выходило, что всё это время Скайрипа пыталась отомстить не тому человеку? Неужели Вигхард пыталась убить невиновного? Ту, что сама пострадала от подлости настоящего виновника? Разум воительницы находился будто в тумане. Она изо всех сил старалась сконцентрироваться на словах Мёрдера, прокручивая их у себя в голове. Роан убил Нанну. Не Катерина. Не она отняла у Вигхард мать. Глаза Рейны налились кровью, черты лица исказились от гнева. Ярость волной поднималась из глубин её тела, наполняя грудь и захлёстывая сознание. Она судорожно задышала, сжимая и разжимая кулаки. В горле клокотал рык.
В памяти Скайрипа вызывала воспоминания о той ночи, когда она пыталась
...ЕщёВигхард сидела в оцепенении, лицо её стало мертвенно бледным, всё её тело на миг парализовало. У девушки было ощущение, словно ей нанесли удар по голове чем-то тяжёлым. Она не могла поверить в услышанное. Слова Нильса казались неправдой и ложью. Рейна не могла их принять. Нет. Ведь, если слова Мёрдера были правдой, выходило, что всё это время Скайрипа пыталась отомстить не тому человеку? Неужели Вигхард пыталась убить невиновного? Ту, что сама пострадала от подлости настоящего виновника? Разум воительницы находился будто в тумане. Она изо всех сил старалась сконцентрироваться на словах Мёрдера, прокручивая их у себя в голове. Роан убил Нанну. Не Катерина. Не она отняла у Вигхард мать. Глаза Рейны налились кровью, черты лица исказились от гнева. Ярость волной поднималась из глубин её тела, наполняя грудь и захлёстывая сознание. Она судорожно задышала, сжимая и разжимая кулаки. В горле клокотал рык.
В памяти Скайрипа вызывала воспоминания о той ночи, когда она пыталась убить Катерину. Если бы её отравленный кубок по ошибке поставили бы перед Роаном, если бы он выпил из него, и если бы он тогда умер? Что было бы тогда? Испытывала бы сейчас Вигхард облегчение или нет? Ненароком вспомнились слова Ингрид: “Если ты сейчас убила бы Катерину Лихтенштейн, то в будущем конунг Нильс Мёрдер, <…> никогда бы не пришёл сюда, умирая и прося нас о помощи. <…>. Мёрдер поможет тебе найти убийц той, что ты любила...Нанна. Всё взаимосвязано. Наши судьбы переплетены. Без Катерины Нильс не покинет Каттегат. Без Нильса ты не сможешь отыскать убийц Нанны. Они связаны с ним...и только он знает где их искать. Пока что нам нужна воительница Севера. <…> поверь, без их участия мы не сможем определить победителей.” Теперь эти слова обретали смысл. Ингрид знала всё с самого начала. Вёльва была права…
Рейна делала глубокие вдохи и выдохи, пытаясь сдерживать волну ярости и боли, что готовы были вырваться. В конечном итоге, у девушки больше не осталось сил сдерживаться. Резко вскочив, Вигхард набросилась на Мёрдера, хватая его обеими руками за шкирку и невольно заставляя того встать.
– Ты всё врёшь! ВРЁШЬ! Это не правда, – голос Рейны срывался на крик. – Это не МОЖЕТ быть правдой. Я не верю тебе!
В глазах Нильса девушка видела печаль и сожаление, он не предпринимал попыток её остановить. Вигхард неистово начала молотить кулаками мужчину по груди, выпуская пар. Так продолжалось несколько минут, пока в конце концов, Мёрдер не схватил Рейну за руки, останавливая её. Он немного нагнулся, пытаясь поймать её взгляд.
Воительница остановилась, тяжело дыша; из глаз текли горячие слёзы, выжигая неровные дорожки по щекам. В последний раз она позволяла себе так срываться, только в тот день, когда узнала о смерти Нанны. Рейна никогда ни перед не выказывала слабости, и уж тем более не показывала своих слёз. Она медленно и с опаской подняла взгляд на мужчину. Из взгляды встретились.
Рейна выглядела подавленной. Ее слабость почему-то не казалась ему слабостью. Он знал, что после этого враг будет сокрушен, повержен. Он учил ее не поддаваться эмоциям и лучше всего действовать так, как изначально задумали. А в этой битве не место сентиментальности. Но если так будет легче пережить утрату, обман и негодование, то Нильс должен поддержать.
В его голове крутилось это в тот момент, когда Рейна схватила его, колотила в грудь и всячески пыталась совладать с эмоциями. Наконец-то конунг встряхнул ее, показывая так, что подобное непозволительно, однако быст...ЕщёРеакция не заставила себя долго ждать. Оно и понятно. Какой она должна была быть? Только той, что Рейна показала. Нельзя было сравнивать ее с разъяренной валькирией, которую Один послал, чтобы поучаствовать в битве как бравый воин. Она была самой Хель, ее мидгардским воплощением, но пока что он не видел в ней богиню Смерти. Он еще не видел ее на поле битвы. Ему только предстоит сражаться бок о бок со своей названной сестрой.
Рейна выглядела подавленной. Ее слабость почему-то не казалась ему слабостью. Он знал, что после этого враг будет сокрушен, повержен. Он учил ее не поддаваться эмоциям и лучше всего действовать так, как изначально задумали. А в этой битве не место сентиментальности. Но если так будет легче пережить утрату, обман и негодование, то Нильс должен поддержать.
В его голове крутилось это в тот момент, когда Рейна схватила его, колотила в грудь и всячески пыталась совладать с эмоциями. Наконец-то конунг встряхнул ее, показывая так, что подобное непозволительно, однако быстро стушевался под взглядом Хель. Это и в прямь была будто бы его родная сестра, которая нуждалась сейчас в поддержке на верный путь, в конце концов она нуждалась в верности ее идеям, их идеям.
Нильс обнял Рейну. Та, по инерции, разревелась еще больше, уже не сдерживаясь и Нильс по той же самой инерции погладил ее по голове. Все происходило как в немом кино, если только тишину нарушали всхлипы и недолгий плач навзрыд.
- Ты слышала о Нибелунгах? - пытаясь отвлечь ее сказаниями и преданиями, спросил Нильс.
- Это гномы, которые были властителями немыслимых сокровищ. Даже сами Боги покровительствовал им, пока мой народ из Бургундии не присвоил их себе. Сам Змей Йормунганд заступился за нас, оберегал и охранял золото Рейна. Змей пригрозил Вотану и остальным, что если сокровища так и останутся у Нибелунгов, то в скором времени ими могут завладеть не только мидгардцы, но и сам Один и вся его компания. Такого допускать было нельзя. Локи одобрил план своего сына и даже помог тому безопасно перенести туда кольца Нибелунгов. Все было сделано так, чтобы валькирии ничего не нашли...
Часть истории о Нибелунгах будет выдумана в силу соединить и отметить род Мёрдера, тянущийся от самого Йормунганда. Поэтому несоответствия в рассказе Нильса очень могут быть. Заранее извиняюсь за такие грешки.