Бургундия - всегда была страной огромных возможностей и ресурсов. Удержать такие земли было непросто. Набеги из Гёталанд не прекращались никогда, набеги из Норланда и Свеаланда так же. Каждый пытался оттяпать себе кусок земли конунгов Мёрдеров, которые уже много лет правили здесь единолично, правильно расставляя приоритеты и людей, а так же имея кучу вассалов в своих поселениях. Одним из таких вассалов давно была старая подруга Нильса, с которой они вместе росли. Эремия была неплохой воительницей и достаточно умной девушкой, чтобы вовремя дать отпор, позвать подмогу и обезопасить себя и людей. В Бургундии ее знали как девушку, что не боится страха, как самую приближенную к Мёрдеру. Поэтому у всех не было никаких вопросов, когда Нильс сделал ее вассалом поселения Бо́рнхольм. Она училась править, училась распределять ресурсы и училась воевать. Нильс доверял ей ровно настолько сколько доверял своим хирдам. Она входила в число его самых приближенных хирдов и сражалась за своего конунга, но...ЕщёБургундия - всегда была страной огромных возможностей и ресурсов. Удержать такие земли было непросто. Набеги из Гёталанд не прекращались никогда, набеги из Норланда и Свеаланда так же. Каждый пытался оттяпать себе кусок земли конунгов Мёрдеров, которые уже много лет правили здесь единолично, правильно расставляя приоритеты и людей, а так же имея кучу вассалов в своих поселениях. Одним из таких вассалов давно была старая подруга Нильса, с которой они вместе росли. Эремия была неплохой воительницей и достаточно умной девушкой, чтобы вовремя дать отпор, позвать подмогу и обезопасить себя и людей. В Бургундии ее знали как девушку, что не боится страха, как самую приближенную к Мёрдеру. Поэтому у всех не было никаких вопросов, когда Нильс сделал ее вассалом поселения Бо́рнхольм. Она училась править, училась распределять ресурсы и училась воевать. Нильс доверял ей ровно настолько сколько доверял своим хирдам. Она входила в число его самых приближенных хирдов и сражалась за своего конунга, но не за его жизнь, а за его идею. Наступление на Каттегат планировалось давно. Еще с того времени, когда Нильс, будучи ребенком посетил Каттегат с отцом. Хемминг пытался установить хорошие торговые отношения с Маркусом, но тот лишь сказал, что подумает и больше гонцов не посылал. Нильс уже тогда не просто был гостем. 12-ти летний мальчишка, чей ум изначально был заточен на завоевания, изучал город и его окрестности. Ведь буквально через десять лет он захватит город и сделает его столицей Бургундии. - Конунг Мёрдер! - в медовый зал вошел гонец, который принес с собой приглашение присоединиться к великому походу на Запах от Маркуса Вюртемберг, конунга Каттегата и его приближенных земель. Нильс, что сидел на троне Бургундии и играл в шахматы с одним из хирдов, разломал фигурку, стерев ту в порошок, затем бросил хищный взгляд в сторону Эремии и сказал: - Что же..моя дорогая. Пора воплощать наш план в жизнь. - Он повернулся в сторону хирда и сказал: - Послать гонца обратно с положительным ответом. Вызвать ко мне Агнара Хёгни после беседы с Эремией! Хирды удалились, оставляя Нильса и Эремию одних. - Я должен кое-что сказать тебе. Это важно. Запомни и никогда не нарушай данную мне клятву.
Холодный ветер трепал её темные волосы, будто нежно поглаживая рукой. Холод этого поселения действительно пробирал до костей. Но местные бонды давным давно привыкли, и собственно им это никак более не могло мешать. Непривычный для чужих ледяной ветер Скандинавии, мог забраться с легкостью под не прочные нитки рубашки и заставить мурашки пройтись по всему телу. Конечно, шкуры зверей неплохо спасали спины норманнов, а настоящее солнце было здесь и вовсе редким гостем. Когда драккар остановился вблизи берега родной земли, мужчины сошли с корабля, вытаскивая сундук с богатством и уводя за верëвку пленных людей. Тихие всхлипывания и молитва слабо доносились до их ушей. Бонды, чьи ноги так околели как лëд, а руки и вовсе не могли уже почти что двигаться, собирали в себе последние силы на последние шаги. Всё то время пути Эрма тихо проплакала, стянутая как и другие крепкой верëвкой. Слëз уже не осталось, а потому оставалось лишь молчать и тихо наблюдать за тем, что происходило вокруг. Резкий ...ЕщёХолодный ветер трепал её темные волосы, будто нежно поглаживая рукой. Холод этого поселения действительно пробирал до костей. Но местные бонды давным давно привыкли, и собственно им это никак более не могло мешать. Непривычный для чужих ледяной ветер Скандинавии, мог забраться с легкостью под не прочные нитки рубашки и заставить мурашки пройтись по всему телу. Конечно, шкуры зверей неплохо спасали спины норманнов, а настоящее солнце было здесь и вовсе редким гостем. Когда драккар остановился вблизи берега родной земли, мужчины сошли с корабля, вытаскивая сундук с богатством и уводя за верëвку пленных людей. Тихие всхлипывания и молитва слабо доносились до их ушей. Бонды, чьи ноги так околели как лëд, а руки и вовсе не могли уже почти что двигаться, собирали в себе последние силы на последние шаги. Всё то время пути Эрма тихо проплакала, стянутая как и другие крепкой верëвкой. Слëз уже не осталось, а потому оставалось лишь молчать и тихо наблюдать за тем, что происходило вокруг. Резкий рывок за верëвку и девушка чуть ли не падает на земли, но в последнюю минуту успевает поймать равновесие и остаться на ногах. Однако, когда девушке наконец удалось покинуть драккар, ей сразу же захотелось оставить свой последний вздох. Ее мгновенно встретил холодный бриз Бургундии, а старая порванно рубашка не сделало ничего, чтобы оградить от этого. Колени начали сдаваться, истощение и голод наконец взяли верх. Шум вокруг превратился в оглушительный звук. Голоса, так много голосов, что они говорят ей? Когда ветер холодно подул, у девушки закружилась голова и она громко упала на землю, тяжело дыша. Темновласой хотелось провалиться сквозь землю. Один из хирдов конунга обернулся к ней, какое то время изучая хмурым взглядом, а затем развернувшись повëл за собой. Земля под ногами была такой холодной, твëрдой и чужой, что сил на каждый шаг становилось всё меньше. Она видела людей, что толпились около берега, встречая прибывших, слышала какие то грубые речи и молча продолжала идти, пока в один момент он не остановился. — Кюна Мёрдер, не хотите оставить ее себе? Свободная женщина взглянула на хирда. На этот вопрос, она кивнула головой. — да, оставлю себе. Будет работать на дому, дел домашних как никак вполне хватает. Её бледные губы, растянулись в слабой ухмылке. На мгновение ей стало приятно от этой женщины и вообще, Рафарта показалась для нее добродушной, милосердной и доброй. Рукой, проведя по её волосам, Рафарта взглянула на девушку вновь. Последний взгляд на хирда, а затем тот исчезает в скором времени из поля её зрения. Так повелевали Боги. Дни миновали довольно быстро. Эрма слегка вздохнула, подметая Большой Зал. И удивительно, что после стольких лет вздох был не отчаяния, а сдержанного удовлетворения. Ее предчувствие, что место среди хирдов обеспечит ей уверенность, было правильным. Конечно, ей не нравилось быть прислужницей, но все в этом месте занимались своими делами. И, к счастью, слово о девушке распространилось быстро.
Эрма быстро адаптировалась к образу жизни, раннему пробуждению, тяжелой работе и небольшой трапезе в конце дня. Рядом с Медовым Залом была небольшая комната, где спали хирды, и, несмотря на то, что она напоминала ей повозку, она привыкла к удушающей атмосфере. В комнате пахло потом, грязью и кровью, но этот запах не был чем-то новым для темновласой. Как будто этот аромат следовал за ней с тех пор, как она стала служанкой.Ход мыслей девушки был прерван, когда она услышала, что кто-то приближается, поднимая опущенные веки в сторону мальчика, это был сын Хемминга Мёрдера, потому что он, как всегда, ползал.Обстоятельства сильно изменились, свободного времени в Эремии стало больше, темноволосая часто скрывалась в роще леса, следив как младший Мёрдер метает топор в дерево. .....спустя время им удалось познакомиться друг другом, когда та поглядывала за тренировками. Только Нильса там она не видела, наверняка опаздывал думала дива. Их беседа началась не с самого хорошего приветствия. Он пнул к...ЕщёЭрма быстро адаптировалась к образу жизни, раннему пробуждению, тяжелой работе и небольшой трапезе в конце дня. Рядом с Медовым Залом была небольшая комната, где спали хирды, и, несмотря на то, что она напоминала ей повозку, она привыкла к удушающей атмосфере. В комнате пахло потом, грязью и кровью, но этот запах не был чем-то новым для темновласой. Как будто этот аромат следовал за ней с тех пор, как она стала служанкой.Ход мыслей девушки был прерван, когда она услышала, что кто-то приближается, поднимая опущенные веки в сторону мальчика, это был сын Хемминга Мёрдера, потому что он, как всегда, ползал.Обстоятельства сильно изменились, свободного времени в Эремии стало больше, темноволосая часто скрывалась в роще леса, следив как младший Мёрдер метает топор в дерево. .....спустя время им удалось познакомиться друг другом, когда та поглядывала за тренировками. Только Нильса там она не видела, наверняка опаздывал думала дива. Их беседа началась не с самого хорошего приветствия. Он пнул костыльом в бок, на что темновласая отскочила от дерева метнув в его сторону древесиной, что лежала неподалеку. В голосе мальчугана Эрма в свою сторону выслушивала неприятные речи, ненависть, злость и дерзость. Постепенно разговоры о Богов, о великих планах на будущее длились днями и ночами. Он смог довериться ей, нашёл собеседника что поддержит его идеи. Каждый раз когда хирды с конунгом отправлялись в поход, вылазку иль участие в тренировках что предстояли, Нильс брал темноволосую с собой: обучая ту тактике боя. Так и заприметив в девушке качества воительницы. Дева не ощущала тех моментов когда стала привязываться к нему, знала что сможет защитить себя: его хищный взгляд, безумная ярость и дух настоящего воина. Всё стало таким обыденным! Её спокойствие поражало саму себя, а мальчишку это выбешивало. Частые тренировки выматывали из себя, темноволосая не применяла полную силу а когда гневалась что ничего не получалось, небо заслонялось темными тучами над Бургундией, Боги спускались на смотрины показывая истинное лицо той. Теперь он сидит на троне Бургундии, властный, хитрый и кровожадный - Нильс Мёрдер. Безумный гонец за деяния. Поставив врагов на колени пред собой. Косой взгляд с под лоба был устремлен на фигуру, затем на порох что остался от нее. Гонец что прибыл в зал развеял мысли той, устремляя голубые глаза в даль. - Давно пора, Нильс. - резко откликнулась Эрма, утверждая его речь кивком головы, уста губ расплылись в широкой улыбке. В скоре когда гонец передал конунгу приглашение, он покинул Медовий зал оставив после себя лёгкий ветерок. - Сами Боги привели меня в твой дом! - лелеет каждое произнесенное слово змеиным языком. девушка замолкает, её взгляд падает на шахматные фигуры, некоторое время смотрит на него. Кажется, что языки пламени танцуют в глазах девушки, - Я ем твой хлеб, я пирую с тобой за одним столом. Твои глаза не раз утверждались о моей клятве!
Удовлетворенный таким ответом от Эрмы, Нильс слегка развеселился и тихо захохотал, позволяя той сесть рядом с ним, подле трона. - Эрма...Эрма...Эрма - пробуя ее имя на вкус, повторил безумец и с теплотой посмотрел на свою воительницу. Дотронувшись подушечками пальцев до ее щек, спустившись к подбородку, он отпрянул и убрал руку так же резко как и прикоснулся. Затем посерьёзнел и сказал: - С приглашением Маркуса Вюртемберг я отправлюсь на Западные земли, в королевство под названием Англия. Я ждал этого момента все эти годы. И оно поступило. Но не грабежи, разбои и нажива должны радовать меня. Вовсе не они. Агнар Хёгни поведет армию из Бургундии для захвата власти в Каттегате в момент нашего отъезда на Запад. Он захватит город, пока его охраняет сестра Маркуса Ториада с ее воительницами. Они слабы и мало что могут, чтобы удержать такой торговый порт. Воинов я дам достаточно. Это дело Агнара. Он не хуже меня знает как уничтожить воительницу. От тебя требуется сесть на трон Бургундии и пра...ЕщёУдовлетворенный таким ответом от Эрмы, Нильс слегка развеселился и тихо захохотал, позволяя той сесть рядом с ним, подле трона. - Эрма...Эрма...Эрма - пробуя ее имя на вкус, повторил безумец и с теплотой посмотрел на свою воительницу. Дотронувшись подушечками пальцев до ее щек, спустившись к подбородку, он отпрянул и убрал руку так же резко как и прикоснулся. Затем посерьёзнел и сказал: - С приглашением Маркуса Вюртемберг я отправлюсь на Западные земли, в королевство под названием Англия. Я ждал этого момента все эти годы. И оно поступило. Но не грабежи, разбои и нажива должны радовать меня. Вовсе не они. Агнар Хёгни поведет армию из Бургундии для захвата власти в Каттегате в момент нашего отъезда на Запад. Он захватит город, пока его охраняет сестра Маркуса Ториада с ее воительницами. Они слабы и мало что могут, чтобы удержать такой торговый порт. Воинов я дам достаточно. Это дело Агнара. Он не хуже меня знает как уничтожить воительницу. От тебя требуется сесть на трон Бургундии и править, пока я не вернусь домой. Обещай мне, что ты будешь защищать страну и умрешь за нее, пока я не вернусь в наши чертоги. Если сделаешь и справишься, станешь моей женой и будешь править столицей полноправно, на законных основаниях. Грядёт что-то великое, я знаю это и имя твое будет стоять только рядом со мной. - Глаза Нильса горели. Он верил в то, о чем говорил. Желал этого и точно знал, что рано или поздно все возможно. Ненароком, когда он закончил говорить, вспомнилось детство, где юная красавица Эрма покорила Нильса своей тягой к новому, познанию ремесел и тяге к знаниям. Он знал, что она старательная и услужливая. Знал, что положиться на нее можно. Она бы родила Бургундии прекрасных наследников. Это была лучшая партия. Эремия Мёрдер даже звучала не хуже, чем его мать Рафарта. Темный волос, цвета вороньего крыла был мягкий и шелковистый с недавних пор, когда та поселилась в доме Мёрдеров. Она принимала ту же баню, использовала те же мази, что большинство служанок матери и тогда Нильс, без ведома матушки решил освободить Эрму, подарив той свободу и позволив сделать из нее воительницу. Отец одобрил такой союз, хоть и надеялся, что сын найдет себе кого-то из свободных людей, а не служанок. Союз Нильса с Карли вообще выводил его из себя, поэтому Хемминг был согласен на воительницу и защитницу Бургундии. Все лучше, чем иметь внуков от ведьмы. О чем подумают его хирды?
Странная это штука – свобода… Очень модное слово во все времена… Вот только что оно означает? Свободу от чего хотят хирды? От того, чтобы ими командовали? От того, чтобы их заставляли делать то, чего они не хотят… Конечно, утрирую. В жизни бывает разное… В жизни не бывает одинакового…
Каждый решает для себя сам. Всегда. Рвать оковы или умирать? Гнуть спину или сражаться, пахать, как проклятый, или воровать? И я последняя, кто будет указывать кому-либо, как ему жить. Я не Один, я хуже. Я одна из Ёрмунганд. Я та, маленькая змея что сворачивается в кубло, которую пригрели на своем плече...
Я - змея, что окутывает в свои обьятья - смерть. Я - змея что пожирает залпом.....Я - дитя Ёрмунганда.
Каждый раз подушечки пальцев соприкасались с лезвием боевого топора, Эрма одерживала неведомую силу. Стоит ей опустить голову да прикрыть глаза, голос конунга возвращал её в реальность. Подзывая к себе. К трону.
— Надеюсь нас не потревожат, – сказала та, одаряя того лучезар
...Ещё
Странная это штука – свобода… Очень модное слово во все времена… Вот только что оно означает? Свободу от чего хотят хирды? От того, чтобы ими командовали? От того, чтобы их заставляли делать то, чего они не хотят… Конечно, утрирую. В жизни бывает разное… В жизни не бывает одинакового…
Каждый решает для себя сам. Всегда. Рвать оковы или умирать? Гнуть спину или сражаться, пахать, как проклятый, или воровать? И я последняя, кто будет указывать кому-либо, как ему жить. Я не Один, я хуже. Я одна из Ёрмунганд. Я та, маленькая змея что сворачивается в кубло, которую пригрели на своем плече...
Я - змея, что окутывает в свои обьятья - смерть. Я - змея что пожирает залпом.....Я - дитя Ёрмунганда.
Каждый раз подушечки пальцев соприкасались с лезвием боевого топора, Эрма одерживала неведомую силу. Стоит ей опустить голову да прикрыть глаза, голос конунга возвращал её в реальность. Подзывая к себе. К трону.
— Надеюсь нас не потревожат, – сказала та, одаряя того лучезарной улыбкой, — Я слушаю тебя, мой конунг!
Его пальцы Эрма ощутила не сразу, постепенно. Кровь закипала в жилах, тепло прошлось по её щекам, следом к подбородку озаряя ту на теплую усмешку. На мгновенье, её сердце поддалось в его влечения а теплота что исходила от него — поражала...
Однако, его голос и взгляд становился серьёзней, словно меняя маски обличия при каждом вещании. Усмешка исчезла с уст её, вновь нагоняя мрачную обстановку пред чем-то важным. Её трепетная, мозолиста рука от рукояти топора, от тяжёлой работы, где должно быть наоборот, прикоснулась с его щетиной. Сквозь ладонь ощущала тепло, горячую кровь. Убирает руку со щетины, спокойно говорит глядя конунгу в глаза:
— И когда вернёшься с победой в Бургундию, я встречу тебя с теплым объятьями, да напою элем! Мы сыграем свадьбу что войдет в историю. Тот кто возжелает заполучить страну будет иметь дело с моей секирой. Бургундии останется не тронута, я буду защищать её ценой собственной жизни. Как когда-то и ты меня защитил.
Уверено произнеся свои слова, изогнув бровь.
— Они будут стоять на коленях, умолять о пощаде. Посягнуться на мой дом, УНИЧТОЖУ!
И ярость, и гнев в её сердце бушевал. Выдыхая горячим воздух с ноздрей, та наклонилась к обличию конунга когда привстала, оставляя на его щеке мимолетный поцелуй. Он возлагал на нее большие планы, большие надежды в своих деяниях. Она свято верит в него, верит и веру не порочит. Она не подведет, не предаст. Не позволит.
Он запомнил эти слова...запомнил их настолько, что был готов поощрить свою воительницу сразу как вернется в Бургундию снова. Как нога великого конунга берсерков снова ступит на родную землю. Но все эти 12 лет...он и не надеялся, что Бургундия все так же процветает в умелых руках Эрмы, что девушка сдержала свое слово перед Богами и теперь готова снова встретить Его. Нильс закрыл за собой двери Медового зала и поковылял в сторону рынка. На этот раз хирды не окружали его, держась на расстоянии. Нильс направился в собственную уппсалу, к северному морю, чтобы подготовить жертвоприношение во славу Йормунганда.
Комментарии 7
Одним из таких вассалов давно была старая подруга Нильса, с которой они вместе росли. Эремия была неплохой воительницей и достаточно умной девушкой, чтобы вовремя дать отпор, позвать подмогу и обезопасить себя и людей. В Бургундии ее знали как девушку, что не боится страха, как самую приближенную к Мёрдеру. Поэтому у всех не было никаких вопросов, когда Нильс сделал ее вассалом поселения Бо́рнхольм. Она училась править, училась распределять ресурсы и училась воевать. Нильс доверял ей ровно настолько сколько доверял своим хирдам. Она входила в число его самых приближенных хирдов и сражалась за своего конунга, но...ЕщёБургундия - всегда была страной огромных возможностей и ресурсов. Удержать такие земли было непросто. Набеги из Гёталанд не прекращались никогда, набеги из Норланда и Свеаланда так же. Каждый пытался оттяпать себе кусок земли конунгов Мёрдеров, которые уже много лет правили здесь единолично, правильно расставляя приоритеты и людей, а так же имея кучу вассалов в своих поселениях.
Одним из таких вассалов давно была старая подруга Нильса, с которой они вместе росли. Эремия была неплохой воительницей и достаточно умной девушкой, чтобы вовремя дать отпор, позвать подмогу и обезопасить себя и людей. В Бургундии ее знали как девушку, что не боится страха, как самую приближенную к Мёрдеру. Поэтому у всех не было никаких вопросов, когда Нильс сделал ее вассалом поселения Бо́рнхольм. Она училась править, училась распределять ресурсы и училась воевать. Нильс доверял ей ровно настолько сколько доверял своим хирдам. Она входила в число его самых приближенных хирдов и сражалась за своего конунга, но не за его жизнь, а за его идею.
Наступление на Каттегат планировалось давно. Еще с того времени, когда Нильс, будучи ребенком посетил Каттегат с отцом. Хемминг пытался установить хорошие торговые отношения с Маркусом, но тот лишь сказал, что подумает и больше гонцов не посылал. Нильс уже тогда не просто был гостем. 12-ти летний мальчишка, чей ум изначально был заточен на завоевания, изучал город и его окрестности. Ведь буквально через десять лет он захватит город и сделает его столицей Бургундии.
- Конунг Мёрдер! - в медовый зал вошел гонец, который принес с собой приглашение присоединиться к великому походу на Запах от Маркуса Вюртемберг, конунга Каттегата и его приближенных земель. Нильс, что сидел на троне Бургундии и играл в шахматы с одним из хирдов, разломал фигурку, стерев ту в порошок, затем бросил хищный взгляд в сторону Эремии и сказал:
- Что же..моя дорогая. Пора воплощать наш план в жизнь. - Он повернулся в сторону хирда и сказал:
- Послать гонца обратно с положительным ответом. Вызвать ко мне Агнара Хёгни после беседы с Эремией!
Хирды удалились, оставляя Нильса и Эремию одних.
- Я должен кое-что сказать тебе. Это важно. Запомни и никогда не нарушай данную мне клятву.
— Кюна Мёрдер, не хотите оставить ее себе?
Свободная женщина взглянула на хирда. На этот вопрос, она кивнула головой.
— да, оставлю себе. Будет работать на дому, дел домашних как никак вполне хватает.
Её бледные губы, растянулись в слабой ухмылке. На мгновение ей стало приятно от этой женщины и вообще, Рафарта показалась для нее добродушной, милосердной и доброй. Рукой, проведя по её волосам, Рафарта взглянула на девушку вновь. Последний взгляд на хирда, а затем тот исчезает в скором времени из поля её зрения. Так повелевали Боги.
Дни миновали довольно быстро. Эрма слегка вздохнула, подметая Большой Зал. И удивительно, что после стольких лет вздох был не отчаяния, а сдержанного удовлетворения. Ее предчувствие, что место среди хирдов обеспечит ей уверенность, было правильным. Конечно, ей не нравилось быть прислужницей, но все в этом месте занимались своими делами. И, к счастью, слово о девушке распространилось быстро.
.....спустя время им удалось познакомиться друг другом, когда та поглядывала за тренировками. Только Нильса там она не видела, наверняка опаздывал думала дива. Их беседа началась не с самого хорошего приветствия. Он пнул к...ЕщёЭрма быстро адаптировалась к образу жизни, раннему пробуждению, тяжелой работе и небольшой трапезе в конце дня. Рядом с Медовым Залом была небольшая комната, где спали хирды, и, несмотря на то, что она напоминала ей повозку, она привыкла к удушающей атмосфере. В комнате пахло потом, грязью и кровью, но этот запах не был чем-то новым для темновласой. Как будто этот аромат следовал за ней с тех пор, как она стала служанкой.Ход мыслей девушки был прерван, когда она услышала, что кто-то приближается, поднимая опущенные веки в сторону мальчика, это был сын Хемминга Мёрдера, потому что он, как всегда, ползал.Обстоятельства сильно изменились, свободного времени в Эремии стало больше, темноволосая часто скрывалась в роще леса, следив как младший Мёрдер метает топор в дерево.
.....спустя время им удалось познакомиться друг другом, когда та поглядывала за тренировками. Только Нильса там она не видела, наверняка опаздывал думала дива. Их беседа началась не с самого хорошего приветствия. Он пнул костыльом в бок, на что темновласая отскочила от дерева метнув в его сторону древесиной, что лежала неподалеку. В голосе мальчугана Эрма в свою сторону выслушивала неприятные речи, ненависть, злость и дерзость. Постепенно разговоры о Богов, о великих планах на будущее длились днями и ночами. Он смог довериться ей, нашёл собеседника что поддержит его идеи. Каждый раз когда хирды с конунгом отправлялись в поход, вылазку иль участие в тренировках что предстояли, Нильс брал темноволосую с собой: обучая ту тактике боя. Так и заприметив в девушке качества воительницы. Дева не ощущала тех моментов когда стала привязываться к нему, знала что сможет защитить себя: его хищный взгляд, безумная ярость и дух настоящего воина. Всё стало таким обыденным! Её спокойствие поражало саму себя, а мальчишку это выбешивало. Частые тренировки выматывали из себя, темноволосая не применяла полную силу а когда гневалась что ничего не получалось, небо заслонялось темными тучами над Бургундией, Боги спускались на смотрины показывая истинное лицо той.
Теперь он сидит на троне Бургундии, властный, хитрый и кровожадный - Нильс Мёрдер. Безумный гонец за деяния. Поставив врагов на колени пред собой. Косой взгляд с под лоба был устремлен на фигуру, затем на порох что остался от нее. Гонец что прибыл в зал развеял мысли той, устремляя голубые глаза в даль.
- Давно пора, Нильс. - резко откликнулась Эрма, утверждая его речь кивком головы, уста губ расплылись в широкой улыбке. В скоре когда гонец передал конунгу приглашение, он покинул Медовий зал оставив после себя лёгкий ветерок.
- Сами Боги привели меня в твой дом! - лелеет каждое произнесенное слово змеиным языком. девушка замолкает, её взгляд падает на шахматные фигуры, некоторое время смотрит на него. Кажется, что языки пламени танцуют в глазах девушки, - Я ем твой хлеб, я пирую с тобой за одним столом. Твои глаза не раз утверждались о моей клятве!
- Эрма...Эрма...Эрма - пробуя ее имя на вкус, повторил безумец и с теплотой посмотрел на свою воительницу. Дотронувшись подушечками пальцев до ее щек, спустившись к подбородку, он отпрянул и убрал руку так же резко как и прикоснулся. Затем посерьёзнел и сказал:
- С приглашением Маркуса Вюртемберг я отправлюсь на Западные земли, в королевство под названием Англия. Я ждал этого момента все эти годы. И оно поступило. Но не грабежи, разбои и нажива должны радовать меня. Вовсе не они. Агнар Хёгни поведет армию из Бургундии для захвата власти в Каттегате в момент нашего отъезда на Запад. Он захватит город, пока его охраняет сестра Маркуса Ториада с ее воительницами. Они слабы и мало что могут, чтобы удержать такой торговый порт. Воинов я дам достаточно. Это дело Агнара. Он не хуже меня знает как уничтожить воительницу. От тебя требуется сесть на трон Бургундии и пра...ЕщёУдовлетворенный таким ответом от Эрмы, Нильс слегка развеселился и тихо захохотал, позволяя той сесть рядом с ним, подле трона.
- Эрма...Эрма...Эрма - пробуя ее имя на вкус, повторил безумец и с теплотой посмотрел на свою воительницу. Дотронувшись подушечками пальцев до ее щек, спустившись к подбородку, он отпрянул и убрал руку так же резко как и прикоснулся. Затем посерьёзнел и сказал:
- С приглашением Маркуса Вюртемберг я отправлюсь на Западные земли, в королевство под названием Англия. Я ждал этого момента все эти годы. И оно поступило. Но не грабежи, разбои и нажива должны радовать меня. Вовсе не они. Агнар Хёгни поведет армию из Бургундии для захвата власти в Каттегате в момент нашего отъезда на Запад. Он захватит город, пока его охраняет сестра Маркуса Ториада с ее воительницами. Они слабы и мало что могут, чтобы удержать такой торговый порт. Воинов я дам достаточно. Это дело Агнара. Он не хуже меня знает как уничтожить воительницу. От тебя требуется сесть на трон Бургундии и править, пока я не вернусь домой. Обещай мне, что ты будешь защищать страну и умрешь за нее, пока я не вернусь в наши чертоги. Если сделаешь и справишься, станешь моей женой и будешь править столицей полноправно, на законных основаниях. Грядёт что-то великое, я знаю это и имя твое будет стоять только рядом со мной. - Глаза Нильса горели. Он верил в то, о чем говорил. Желал этого и точно знал, что рано или поздно все возможно.
Ненароком, когда он закончил говорить, вспомнилось детство, где юная красавица Эрма покорила Нильса своей тягой к новому, познанию ремесел и тяге к знаниям. Он знал, что она старательная и услужливая. Знал, что положиться на нее можно. Она бы родила Бургундии прекрасных наследников. Это была лучшая партия. Эремия Мёрдер даже звучала не хуже, чем его мать Рафарта. Темный волос, цвета вороньего крыла был мягкий и шелковистый с недавних пор, когда та поселилась в доме Мёрдеров. Она принимала ту же баню, использовала те же мази, что большинство служанок матери и тогда Нильс, без ведома матушки решил освободить Эрму, подарив той свободу и позволив сделать из нее воительницу. Отец одобрил такой союз, хоть и надеялся, что сын найдет себе кого-то из свободных людей, а не служанок. Союз Нильса с Карли вообще выводил его из себя, поэтому Хемминг был согласен на воительницу и защитницу Бургундии. Все лучше, чем иметь внуков от ведьмы. О чем подумают его хирды?
Странная это штука – свобода… Очень модное слово во все времена… Вот только что оно означает? Свободу от чего хотят хирды? От того, чтобы ими командовали? От того, чтобы их заставляли делать то, чего они не хотят… Конечно, утрирую. В жизни бывает разное… В жизни не бывает одинакового…
Каждый решает для себя сам. Всегда. Рвать оковы или умирать? Гнуть спину или сражаться, пахать, как проклятый, или воровать? И я последняя, кто будет указывать кому-либо, как ему жить. Я не Один, я хуже. Я одна из Ёрмунганд. Я та, маленькая змея что сворачивается в кубло, которую пригрели на своем плече...
Я - змея, что окутывает в свои обьятья - смерть. Я - змея что пожирает залпом.....Я - дитя Ёрмунганда.
Каждый раз подушечки пальцев соприкасались с лезвием боевого топора, Эрма одерживала неведомую силу. Стоит ей опустить голову да прикрыть глаза, голос конунга возвращал её в реальность. Подзывая к себе. К трону.
— Надеюсь нас не потревожат, – сказала та, одаряя того лучезар
...ЕщёСтранная это штука – свобода… Очень модное слово во все времена… Вот только что оно означает? Свободу от чего хотят хирды? От того, чтобы ими командовали? От того, чтобы их заставляли делать то, чего они не хотят… Конечно, утрирую. В жизни бывает разное… В жизни не бывает одинакового…
Каждый решает для себя сам. Всегда. Рвать оковы или умирать? Гнуть спину или сражаться, пахать, как проклятый, или воровать? И я последняя, кто будет указывать кому-либо, как ему жить. Я не Один, я хуже. Я одна из Ёрмунганд. Я та, маленькая змея что сворачивается в кубло, которую пригрели на своем плече...
Я - змея, что окутывает в свои обьятья - смерть. Я - змея что пожирает залпом.....Я - дитя Ёрмунганда.
Каждый раз подушечки пальцев соприкасались с лезвием боевого топора, Эрма одерживала неведомую силу. Стоит ей опустить голову да прикрыть глаза, голос конунга возвращал её в реальность. Подзывая к себе. К трону.
— Надеюсь нас не потревожат, – сказала та, одаряя того лучезарной улыбкой, — Я слушаю тебя, мой конунг!
Его пальцы Эрма ощутила не сразу, постепенно. Кровь закипала в жилах, тепло прошлось по её щекам, следом к подбородку озаряя ту на теплую усмешку. На мгновенье, её сердце поддалось в его влечения а теплота что исходила от него — поражала...
Однако, его голос и взгляд становился серьёзней, словно меняя маски обличия при каждом вещании. Усмешка исчезла с уст её, вновь нагоняя мрачную обстановку пред чем-то важным. Её трепетная, мозолиста рука от рукояти топора, от тяжёлой работы, где должно быть наоборот, прикоснулась с его щетиной. Сквозь ладонь ощущала тепло, горячую кровь. Убирает руку со щетины, спокойно говорит глядя конунгу в глаза:
— И когда вернёшься с победой в Бургундию, я встречу тебя с теплым объятьями, да напою элем! Мы сыграем свадьбу что войдет в историю. Тот кто возжелает заполучить страну будет иметь дело с моей секирой. Бургундии останется не тронута, я буду защищать её ценой собственной жизни. Как когда-то и ты меня защитил.
Уверено произнеся свои слова, изогнув бровь.
— Они будут стоять на коленях, умолять о пощаде. Посягнуться на мой дом, УНИЧТОЖУ!
И ярость, и гнев в её сердце бушевал. Выдыхая горячим воздух с ноздрей, та наклонилась к обличию конунга когда привстала, оставляя на его щеке мимолетный поцелуй. Он возлагал на нее большие планы, большие надежды в своих деяниях. Она свято верит в него, верит и веру не порочит. Она не подведет, не предаст. Не позволит.
Нильс закрыл за собой двери Медового зала и поковылял в сторону рынка. На этот раз хирды не окружали его, держась на расстоянии. Нильс направился в собственную уппсалу, к северному морю, чтобы подготовить жертвоприношение во славу Йормунганда.
Флэшбек завершен.
Спасибо за игру, уважаемые игроки.