Скала Иерусалим в Темир-Тау: природное чудо Кузбасса
В живописных просторах Таштагольского района Кемеровской области, всего в 7 км от посёлка городского типа Темир-Тау, возвышается удивительное творение природы — скала Иерусалим. Это место, где переплетаются геологическая история, духовная память и завораживающая красота сибирской природы. Геологическое наследие Скала Иерусалим — памятник геологии геоморфологического профиля. Её образование связано с мощными горообразовательными процессами каледонской и герцинской эпох, происходившими от 300 до 500 млн лет назад. В те времена на юге Сибири формировались горные хребты с кристаллическим основанием магматических пород — и скала Иерусалим ста
История карьера «Левобережная Сухаринка» (Голубое озеро или карьер Темиртау) в Темир-Тау
Карьер «Левобережная Сухаринка», известный сегодня как "Голубое озеро"или "Карьер Темиртау", расположен в посёлке Темиртау Таштагольского района Кемеровской области. Его история неразрывно связана с горнодобывающей промышленностью региона и разработкой железных руд Тельбесского железорудного района в Горной Шории.
Начало разработки
Сухаринка входит в Сухаринское рудное поле, которое является частью Тельбесского железорудного района. Здесь велась добыча железных руд, в том числе скарново‑магнетитовых залежей с прожилково‑вкрапленной золотосульфидной минерализацией.
В 1976 году он был официально принят
Под сибирский металлургический гигант надо было подвести рудную базу. Домна без руды — что невеста без жениха. На долю ученого-геолога М. А. Усова, бюст которого установлен у Западно-Сибирского геологоуправления в Новокузнецке, выпала почетная и ответственная миссия — пойти на поиски руды. С небольшим отрядом в 1926 году через Тельбесс по дебрям они добрались до месторождения будущего рудника Темир-Тау. Трудно давались километры разведки. Старые шурфы, канавы, элементарные записи прежних разведчиков недр не представляли конкретной картины. Все приходилось перепроверять, уточнять. Помогали местные жители. Старик 82 года, Романов, который в знак благода
Рассказ о Константине Филипповиче Макарове, главном механике рудника Темир-Тау.
В забоях Темиртауского рудника гул машин сливался с эхом горных пород — здесь каждый день был испытанием. Среди этого мира стали и камня, где техника порой сдавалась под натиском недр, выделялся один человек: главный механик Константин Филиппович Макаров. Он приходил на рудник затемно, когда над Горной Шорией ещё висела сизая предрассветная дымка. В его кабинете на стене висел чертёж — не схема агрегата, а набросок бурильного станка, испещрённый пометками. Коллеги шутили: «Филиппыч опять воюет с бумагой», — но знали: за этими каракулями кроется что-то новое. Константин Филиппович не любил громких слов. Когда в
Ответ прост, как и всегда при великой тайне. Броня неудержимого танка Т-34, ставшего символом мощи и непобедимости Красной Армии в Великую Отечественную войну, обладала волшебными свойствами потому, что выплавлялась из руды рудника Темир-Тау. Именно в те грозные годы здесь добывали особую руду — магнетитовую с бором. И вот это присутствие борного ангидрида в темирской магнетитовой руде обеспечивало получение стали особо высокого качества. Не будь её и кузнецких сталеваров — сюжет Второй мировой развивался бы несколько по-иному.
Революция нанесла поражение собственникам. Лишь государство новой формации могло разумно распорядиться природными богатствами. Повсеместно нашло поддержку решение о постройке Тельбесского металлургического завода с использованием местного сырья, так благодатно залегавшего в нескольких верстах. Созданные в 1925 году проектная и строительная организации — «Тельбессбюро» и «Тельбесстрой» — при активной поддержке сверху приступили к делу. И хотя продолжались жаркие споры о выборе площадки под завод, работа развёртывалась должным образом. Понятие «Тельбесс» ассоциировалось с великими событиями века в Сибири. Об этом свидетельствуют обширные архивы,
В 1931 году здесь грохотали взрывы, лязгало железо, и земля дрожала от тяжёлых вагонеток увозивших железную руду. На склоне горы Темир-Тау закладывали рудник — сердце будущего посёлка. Люди приезжали с чемоданами и надеждами, строили дома, верили: их труд — начало чего-то большого Прошло 93 года. Рудника больше нет. Штольня засыпана, копры снесены, рельсы разобраны; о шахтёрском прошлом напоминают лишь ржавые руины да старые фотографии в альбомах жителей. Но сам посёлок живёт. Улицы заросли рябиной и черёмухой. Деревянные дома, когда‑то сколоченные наспех, теперь стоят, как добрые старики: покосились чуть, но держат тепло. На скамейках у подъездов сидят бабушки,
Цепь мономинерального вида образуют Тельбесское, Самарское, Сухаринское, Темиртауское, Казское месторождения. Далёкие предки, обитавшие поблизости, то в одном, то в другом месте находили железную руду. Они получали из неё металл, изготавливали орудия труда и защиты. При том уровне геологической науки люди не могли даже предполагать, что здесь начинается рудный пояс, уходящий на сотни километров сквозь Горношорский хребет к Пыхтуну, макушкой упирающемуся в заоблачные выси на высоте 1628 м. Ремесленники использовали ту часть минералов, что лежала на поверхности земли. Исследователь И. Г. Гмелин в 1751–1752 годах поднимаясь вверх по быстроточной
Внизу Сухаринского карьера экскаваторы ЭКГ-4.6 неторопливо черпали и грузили в 40-тонные БелАЗы доменную руду, которая потом перерабатывалась на Учуленской обогатительной фабрике и далее отправлялась на металлургические комбинаты КМК и Запсиб. Коллектив карьера начал свою деятельность с добычи 168,6 тыс. тонн на высоте горизонта +420 метров. Когда забои должны были опуститься ниже, до горизонта +210 метров,и должны были быть вычерпаны запроектированные 7,5 млн тонн руды с содержанием железа 36,4%, дело открытчиков продолжили бы шахтёры, которые пробивали сюда подземный квершлаг. Перспектива была ясна. Поэтому экипажи внутри карьерного транспорта годо
Рудник Темир-Тау — это старейшина Горной Шории. Темир-Тау когда-то объединял шахту, 2 карьера, З фабрики, автоцех и энергоцех. Словом целую систему горнодобывающих производств, в чём его и отличие от остальных. Навстречу друг другу, маленькими веерами спиц, вращались шкивы шахтных копров прижавшихся к косогору. Клетями поднимались груженые и опускались порожние вагоны. Шла добыча с полукилометровой глубины. Там, под землёй, работали люди, гордое имя которым — шахтеры. За прошедшие годы тысячи их овладели этой нужной рофессией. Сложились рабочие династии, целые поколения. Ремесло добытчиков из рук передавалось в надежные руки. Благодаря опыту коллектива шахты, рожда