Галина Дубовикова Давыдова

1947 год, два года после Победы. В Кремль приходит документ из Вашингтона. Сумма к оплате: 2,6 миллиарда долларов. Счёт за помощь. За танки, самолёты, тушёнку и бинты, которые шли в СССР с 1941-го. За грузовики, на которых наши солдаты дошли до Берлина. За медикаменты, спасавшие раненых в полевых госпиталях. Америка выставила счёт за нашу Победу. Вячеслав Молотов, министр иностранных дел, читал цифры и молчал. Страна лежала в руинах. Двадцать семь миллионов погибших. Разрушенные города. Заводы, восстанавливаемые буквально из пепла. И вот теперь — это. Американцы называли это справедливо. Ленд-лиз, говорили они, никогда не был подарком. Это был кредит. Помощь, которую нужно вернуть. Только вот союзникам по войне они предъявили совсем другие счета. Британии, которая получила помощи на 31 миллиард долларов — втрое больше СССР, — запросили символическую сумму. Англичане расплачивались десятилетиями, но начинали с малого. К ним отнеслись как к партнёрам, пострадавшим в общей войне. К Сове