Алевтина Самсонова

В день моего освобождения я успела сделать только одно. Я незаметно зашила в подкладку своей старой куртки маленький листок бумаги. На нём были записаны имена. Те самые, которые я повторяла про себя все семь лет, глядя в серый потолок барака. Адвокат Соловьёв. Человек с вкрадчивым, бархатным голосом, который убедил меня, что тюрьма — это не конец света, а временная неприятность. Владимир Крестовский. Влиятельный бизнесмен, который пообещал оплатить спасение моей мамы в обмен на свободу своей дочери. Следователь Марков. Тот самый, который слишком быстро закрыл дело, не задавая лишних вопросов и не ища свидетелей. И сама Алиса Крестовская. Девушка, которая сидела за рулём того белого внедорожника. Девушка, которая закрывала лицо руками и рыдала, пока я диктовала полицейским ложные показания. Я не знала тогда, что этот спрятанный список станет моим единственным оберегом. Я выходила за ворота с надеждой. Я думала, что самое страшное позади. Что меня ждет обещанная награда, новая жизнь и,