Surik Avagyan

В 1965 году Советский Союз замер в ожидании перемен. После хаотичных реформ Никиты Хрущёва экономика страны задыхалась: заводы работали по устаревшим планам, колхозы едва сводили концы с концами, а прилавки магазинов пугали пустотой. В этот момент на сцену вышел Алексей Косыгин, председатель Совета Министров СССР, с амбициозной реформой, которую позже назовут его именем. Она обещала встряхнуть заскорузлую плановую экономику, вдохнув в неё элементы рыночной свободы. И поначалу всё шло как по маслу: в «золотую пятилетку» (1966–1970) экономика рванула вперёд, рост доходов бил рекорды, а люди наконец-то начали видеть больше товаров на полках. Но к началу 1970-х реформа заглохла, словно старенький «Запорожец» на обочине. Почему же Леонид Брежнев, изначально благословивший этот эксперимент, резко нажал на тормоза? Реформа, которая обещала чудо Алексей Косыгин был не из тех, кто бросался в авантюры. Спокойный, деловой, с репутацией хозяйственника, он видел, что советская экономика трещит