Тоня Шлюндикова

– Дед, вон там полярная звезда, видишь? Сергей с внуком поздним августовским вечером сидели у калитки своего дома.  – Полярная? Нее... Она в другой стороне. Ошибаешься. Я небо хорошо знаю. Вон, моя Большая медведица Лейла. Я с нею жизнь прожил. – Как это?  – Как? Да так вот... Случилась она в моей жизни, а потом вот всю жизнь с нею и разговаривал, глядя на звезды. Даже на фронте. Лежишь бывало, перевернешься на спину, а там она – Лейла моя.  – Дед, дед. Расскажи...  – Долгая история. Давай уж завтра. И самому ещё припомнить надобно. Сколько лет уж прошло... Сергей этой ночью ворочался, никак не мог уснуть. Внук растормошить память. Дед накинул куртку, вышел на крыльцо, закурил. Поднял глаза и тихо произнес: – А я после войны искал тебя в Перми-то. Да, искал... Но мне сказали, что померла ты в сорок третьем. А я тыкву тебе привез. Еле допер тогда. Отдал работникам там, для медвежат. Так вот, – он поднял голову и долго смотрел на небо. И воспоминания вдруг стали такими живыми... *** За р

Нина Петровна всегда думала, что в семьдесят лет жизнь уже расставила всё по полочкам. Дети выросли, разъехались по разным городам, внуки появляются только на каникулах — и то не всегда. Квартира большая, тихая, только телевизор по вечерам составляет компанию. Привычная, размеренная старость, какая полагается порядочной пенсионерке. А потом в её жизнь ворвалась Милана. Всё началось с объявления в подъезде: "Ищем няню для девочки 6 лет. Оплата достойная. Обращаться в кв. 18". Нина Петровна проходила мимо уже неделю, каждый раз замедляя шаг. Не то чтобы деньги были нужны — пенсия небольшая, но на жизнь хватает. Просто... скучно стало. Очень скучно. — Да что вы, бабушка, вам же тяжело будет, — говорила Алёна, молодая мама из восемнадцатой квартиры, когда Нина Петровна всё-таки решилась постучать. — Милка у нас... активная очень. Не каждая няня выдерживает. — А что, другие уже были? — Три за полгода, — устало вздохнула Алёна. — Одна сказала, что ребёнок неуправляемый. Другая — что у неё не

Знаете, иногда смотришь на своего малыша и думаешь: какой же он беззащитный и доверчивый. Он приходит в этот мир совершенно чистым - без наших страхов, без наших комплексов, без готовых ответов на вопросы, которые ему ещё предстоит задать. И вот тут понимаешь всю ответственность: именно мы, родители, будем рисовать первые краски на этом белом листе его души. Дело даже не в том, какие книги по воспитанию мы прочитали или какие методики изучили. Дело в отношениях. В том, как мы смотрим на ребёнка, как обнимаем его, как отвечаем на его «Мама, а почему?». Помните, какими вы сами были в детстве? Как важно было почувствовать мамины руки, когда было страшно, или услышать папин смех, когда хотелось поделиться радостью? Для малыша потребность в близости — это не каприз, это настоящий голод. Как мы не можем жить без еды, так и дети не могут расти без нашей любви и внимания. Когда ребёнок чувствует, что его любят просто за то, что он есть, — вот тогда и начинается настоящее формирование личност