Нина Каторгина

Я вернулась за час до заката. Дорога из командировки вымотала: автобус качал, в проходе всю дорогу запах жареных пирожков, а я думала только о том, как открою окна в бабушкиной квартире, выпущу спертый воздух, полью её фиалки и поставлю чайник. Сегодня точно заварю тот липовый чай, который она любила, — пахнет медом, и от него всегда как будто всё становится на места. Ключ в замке повернулся туже обычного. Дверь приоткрылась, и я замерла: в коридоре горел свет, на полу стояли две коробки из супермаркета и — по привычке бабушки — оставленная на коврике чужая обувь. Я поняла: у меня гости. Подумала — Алёна, золовка, пришла полить цветы, как я просила, и не успела уйти. Я крикнула: — Алёна? Я дома. В ответ — тишина. Потом глухо хлопнула дверь комнаты, и оттуда вышла свекровь — Нина Павловна — в новом сером жакете, с бумагами в руках, уверенная, как человек, который играет у себя. — Ой, Катенька, — сказала она так, будто радуется встрече, — а мы тут как раз делами заняты. Ты вовремя. За её