Татьяна Маслова

В иерархии османского гарема, этом террариуме единомышленниц, где любовь была валютой, а жизнь ребенка — главной ставкой, у Махидевран поначалу были все козыри. Она вошла в жизнь молодого шехзаде Сулеймана не просто очередной безымянной рабыней. Она была «Гюльбахар» — «Весенней розой». Имя, данное в гареме, часто определяло судьбу, и ее судьба казалась безоблачной. Черкешенка или албанка, красивая, статная, она быстро стала главной фавориткой наследника. В 1515 году в Манисе, где Сулейман проходил свою «стажировку» в качестве наместника, она подарила ему первенца — Мустафу. Это был не просто мальчик. Это был билет в вечность. Родив старшего наследника, Махидевран выполнила главную функцию женщины в династии Османов. Она обеспечила продолжение рода и, как ей казалось, свое собственное будущее. Ее статус был почти королевским. Она была баш-кадын — главной госпожой, матерью старшего шехзаде. Все остальные наложницы были лишь тенями, проходившими через покои Сулеймана и, в соответствии с н