Галина Газимова

Агрофена жила одна в деревне. Тяжело, но деваться некуда. Ещё тяжелее было делать работу по хозяйству и по дому на последнем месяце беременности. Всё самой: воду из колодца принести, бельё вручную постирать, дрова из сарая натаскать, чтобы затопить плиту и хоть чайник подогреть. Мужа у неё не было, только парень, которого она ждала из армии. Так вот получилось, что съездила она к нему на свидание, а вернулась уже с ребёночком под сердцем. Родителей у Агрофены не было — воспитывала её бабушка, да и та недавно померла. С Василием она стала встречаться сразу, как закончила школу, после выпускного, а осенью его уже в армию забрали. Чтобы поступить куда-то учиться, надо уезжать, а чтобы уезжать — нужны деньги. Работать в деревне негде. Так и жила девушка, перебиваясь чем бог пошлёт да тем, что на огороде вырастет. А тут ещё на тебе — подарочек. Ну, если Васька не женится, тогда совсем неизвестно, как жить с ребёночком. Пусть тогда хоть малыша растить помогает, думала Агрофена. В деревне уже

Деревня Крюково, до которой Влад добрался в начале восьмого часа вечера, лежала на краю леса и когда-то была довольно-таки живописной. Маленькие домишки, расположенные по двум сторонам извилистых коротеньких улочек, теперь, заросшие пожухлой от жары травой и клочками непроходимых кустов, смотрели на свет подслеповатыми окнами, за которыми угадывались унылые тени стариков и старух. А вот дом Пелагеи, который Влад узнал по описанию, выглядел вполне жилым. Белёные стены не вымыло дождями, за окнами угадывались чистенькие занавески, даже трава во дворе выглядела свежей и мягкой. Влад подошел к дому поближе, но открывать дверь не стал, только заглянул в одно окошко, но в полумраке комнаты ничего не увидел и снова вернулся к машине. После случая с теткой Серафимой, он больше не доверял таким вот деревушкам и не хотел входить в дом без Пелагеи, которая уже вот-вот должна была подъехать. Чтобы хоть чем-то занять себя, Влад достал фотоаппарат, штатив и сумку с барахлом, как он называл всё,