Светлана Лоскутова

Мороз держался уже вторую неделю — такой, когда воздух не просто холодный, а будто стеклянный. Дышишь, и внутри всё звенит. На обочинах лежал серый снег, сдавленный колесами, у остановок — корки льда, как битая посуда. Даже в городе казалось, что солнце светит не для тепла, а чтобы показать, как всё замёрзло. Они выехали рано: волонтёрский чат ночью не молчал. — «В лесополосе за дачами котёнок. Мяукает…» Кто‑то добавил точку на карте, кто‑то — голосовое, в котором слышался ветер и человеческая злость на эту зиму, на людей, на всё. Лера сидела на пассажирском, прижимая к себе термос, как маленькую печку. На коленях — две пары одноразовых перчаток, плед, коробка из‑под обуви и маленькая грелка, которую она купила в аптеке по дороге. — Я не понимаю, — сказала она, глядя в окно, где мимо тянулись чёрные голые ветки. — Как можно… ну как… Саша молчал. Он держал руль крепко, будто только так можно было удержать всё происходящее под контролем. — Не начинай, — наконец произнёс он. — Давай снач

На первый взгляд кажется, что в Америке всё как в кино. Нью-Йорк с его небоскрёбами и галереями, Майами с океаном и пальмами, свобода, драйв, возможности. Звучит как мечта? У меня есть знакомая, которая уже три года живет между Нью-Йорком и Майами. Снимает квартиру, иногда берёт дом на несколько недель, работает удалённо. Со стороны все выглядит как картинка с карты желаний. Только вот недавно она рассказала что несмотря на то, что она уже вполне устроила свою жизнь, есть вещи к которым до сих пор не получилось привыкнуть. Добавила в статью фотографии из своего путешествия по США Drive-thru буквально везде В России drive-thru — это в основном про фастфуд. Заехал за кофе или бургером и поехал дальше. В США всё иначе. Для тех кто не в курсе поясню - это возможность получить кофе, бургер или что-то еще не выходя из машины. Когда прямо на авто подъезжаешь к окошку, заказываешь и получаешь пакетик с едой. Здесь на машине можно приехать не только в ресторан, но и в банк, аптеку, продуктовы

Имя Якова Джугашвили, старшего сына Сталина, неразрывно связано с легендарной фразой, ставшей символом суровой непреклонности советского вождя в годы Великой Отечественной войны: «Я солдата на фельдмаршала не меняю». Эти слова, якобы сказанные в ответ на предложение немцев обменять плененного Якова на фельдмаршала Паулюса, на десятилетия определили его образ в народной памяти. Фигура Якова стала мощным инструментом пропаганды по обе стороны фронта. Нацисты разбрасывали над советскими позициями листовки с его фотографией, призывая солдат следовать примеру сына Сталина и сдаваться в плен. Советская идеология, в свою очередь, создала образ вождя как истинного отца нации, для которого долг перед Родиной был выше родственных чувств, и который принес на алтарь Победы даже жизнь собственного сына. Этот миф оказался настолько мощным и убедительным, что долгие годы никто не решался задать главный вопрос: а был ли на самом деле Яков Джугашвили в немецком плену? Яков появился на свет в 1907 году,