Анатолий Гуцуляк

Она просыпается ровно в три. Не от шума, не от боли — просто открывает глаза и понимает: сна больше не будет. Часы светятся в темноте, дом молчит, а мысли вдруг становятся слишком громкими. Так начинается почти каждое утро моей тети Люды. И как оказалось — не только её. Ей сейчас 69 лет: засыпает рано, аккуратно выключает свет, кладёт телефон экраном вниз — «чтобы не мешал». А потом, как по внутреннему будильнику, открывает глаза в три часа ночи. Лежит тихонько. Не будит дом. Не включает свет. Просто смотрит в потолок и ждёт, что сон вернётся. Иногда ждёт часами или до рассвета. «Я вроде не переживаю, — говорит она. — Просто сна нет». Такие ранние пробуждения далеко не случайны. Они отражают глубинные биологические процессы, эмоции и привычки, на которые с возрастом становится особенно чувствителен организм. И в этом месте многие пожилые люди начинают думать, что с ними что-то не так. Что это болезнь. Старость. Начало конца. Но правда сложнее — и спокойнее. Разобравшись, почему это п