Раиса Крышкина

Дороги зарастают травой, а зимой их заметает снегом. Дома стоят покосившиеся, без стёкол, с вывалившимися печными трубами. Иногда в них ещё можно найти старые учебники, игрушки, следы жизни. Но всё это уходит с каждым годом. А ведь это не где-то в Сибири или на Крайнем Севере. Это — глубинка Ярославской области. Примерно пять часов неспешной езды на машине из столицы. И здесь ещё совсем недавно жил народ, о котором почти никто не знает. Строили лодки, выращивали лён, говорили на своём языке, пахали землю и держались особняком от соседей. Я поехала туда, чтобы своими глазами увидеть, что от него осталось и как сейчас выглядят их деревни. И даже нашла неожиданный артефакт. Сейчас всё расскажу. Сицкари жили в самом глухом углу Ярославской области — в Некоузском и Брейтовском районах. Даже сейчас нельзя сказать, что места легкодоступные. Да, в крупные населённые пункты пару раз в сутки ходит автобус, но дороги разбиты, а в мелкие деревни проехать, бывает, довольно проблематично. Крупные