Наталья Моргачева

Она посвятила жизнь изучению человеческого мозга, доказывая всему миру, что в нем нет ничего «магического», только сложная работа нейронов. Академик, нейрофизиолог с мировым именем, основатель Института мозга. Сотни монументальных научных трудов, государственные награды... и , вдруг, «железная леди науки», материалист пишет книгу о вещих снах, допускает существование иной реальности и говорит о том, что наука пока не может объяснить эти явления. О своем детстве Наталья Петровна вспоминала: «Я росла домашним ребенком. Бонна-немка, бархатные платьица, косички-крендельками, поездки в Крым, на Кавказ. Самое яркое впечатление детства: папа садится за рояль, и мы с братом вальсируем под «Осенний сон» до головокружения». Петр Владимирович, мягкий, добрый, обожал детей, баловал. Направляла детей мать, Зинаида Васильевна. Строгая, требовательная. Порой, чрезмерно. Она с раннего детства повторяла Наташе: «Будешь ученой. Точка». Даже забрала ее из балетной школы, хотя Наташа поступила туда,

Аутизм — это не просто "особенность развития" или "сложности в общении", как принято думать. Современная наука делает смелый шаг вперёд: учёные из Принстона и Фонда Саймонса впервые доказали, что существует не один, а минимум четыре подтипа аутизма, каждый из которых отличается генетической природой, поведением, скоростью развития и даже реакцией на лечение. Это открытие может полностью изменить подход к диагностике, терапии и сопровождению детей с РАС. В статье рассказываем, что это за подтипы, как они различаются и почему это знание уже сегодня помогает родителям, врачам и учителям лучше понимать детей с аутизмом. В исследовании использовались данные более 5000 детей, участвовавших в программе SPARK — крупнейшем когортном проекте по изучению аутизма, финансируемом Фондом Саймонса. Вместо традиционного подхода, при котором изучаются отдельные гены, команда применила так называемую персоноцентрированную модель. Это означает, что учитывались более 230 параметров, включая: Такой всест

Многие из нас слышали фразу: «После 45 лет — обязательно колоноскопия». И сразу в голове возникает образ длинной трубки, дискомфорта, страха и… отрицания. «Нет, это не для меня», — думает человек, и откладывает обследование на неопределённый срок. Но вот в чём дело: рак толстой кишки — одна из самых распространённых онкологических проблем, особенно после 50 лет. При этом он медленно развивается — сначала появляются полипы, которые годами могут быть безвредными, а потом — перерождаться в опухоль. И самое важное: если найти полипы или раннюю стадию рака вовремя, болезнь можно полностью остановить. Колоноскопия — действительно «золотой стандарт» диагностики. Но она не единственная возможность проверить кишечник. Если вы по медицинским, психологическим или личным причинам не можете или не хотите проходить эту процедуру — не значит, что вы ничего не можете сделать. Современная медицина предлагает альтернативные методы, которые, хотя и уступают колоноскопии в точности, всё равно дают ценну

Когда речь заходит о таких страшных болезнях, как рак, большинство людей невольно спрашивают себя: «За что? Почему именно со мной или с моими близкими?» И этот вопрос не имеет простого ответа. Можно объяснять его наукой, статистикой, экологией, наследственностью. Но есть ещё одна глубина – та, к которой прикасаются духовные наставники. Об этом говорил один из самых почитаемых старцев Святой горы Афон – отец Гавриил. Его слова – не сухая теория, а взгляд человека, который прожил жизнь в молитве и видел человеческую боль во всей её правде. «Чтобы люди не отвлекались от Христа…» Афонский старец Гавриил напоминал: «Один подвижник рассказывал мне, что в последние времена Бог попустит много болезней, в том числе и рак. По той причине, чтобы люди не отвлекались от Христа… Видя немощи людей и снисходя к этим немощам. Терпя скорби и боли. А те, кто терпит, не ропща, попадают в рай». В этих словах – парадокс, который трудно принять современному человеку. Нам кажется, что счастье – это отсутствие