Предыдущая публикация
Левая колонка
Последний визит: вчера 12:24
Фильтр
Сорок восемь бесов.
Он лежал на грязном бетонном столе. Голый с биркой на ноге. Не худой, а скорее – тощий. Съеденный туберкулезом. 36 килограммов костей и кожи. Завтра его закопают в лагерном закоулке, который и кладбищем не назовешь. Не кресты, а рогатина с бирками над каждой из «братских» могил. Большая глубокая яма. Принесли умершего, бросили, чуть присыпали... Потом другого, третьего, двадцатого... Наполнилась яма – завалили землею, палку с бирками в холм воткнули. Рядом выкопали новую яму. Никто из родных на это кладбище не придет... Никто цветок не оставит... Эти зеки и при жизни уже мало кому были нужны. Разве что измученной непутевым сыном матери.
Отгулял свое и этот. Ни жены, ни д
Он лежал на грязном бетонном столе. Голый с биркой на ноге. Не худой, а скорее – тощий. Съеденный туберкулезом. 36 килограммов костей и кожи. Завтра его закопают в лагерном закоулке, который и кладбищем не назовешь. Не кресты, а рогатина с бирками над каждой из «братских» могил. Большая глубокая яма. Принесли умершего, бросили, чуть присыпали... Потом другого, третьего, двадцатого... Наполнилась яма – завалили землею, палку с бирками в холм воткнули. Рядом выкопали новую яму. Никто из родных на это кладбище не придет... Никто цветок не оставит... Эти зеки и при жизни уже мало кому были нужны. Разве что измученной непутевым сыном матери.
Отгулял свое и этот. Ни жены, ни д
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту