ольга любимова

Хочу связать шапку с ушками (ушанку), но не хочу вязать по готовым мастер-классам, не хочу быть привязанной к какой-то определенной пряже - вязать буду из того, что есть в моих закромах. Если вы хотите создать уникальную шапку-ушанку, не привязываясь к определённым мастер-классам или пряже, это руководство для вас! Я расскажу, как связать шапку из любых материалов на любой размер, основываясь на простых расчетах. Пригодится также гениальная таблица, которой пользуются все вязальщицы, с размерами шапок на любой возраст. Для начала вам понадобится измерить окружность головы. В нашем примере это 46 см. Таким образом, вы можете разделить любой размер, а лишние сантиметры перенести на затылок. Шапку можно вязать сверху, снизу, поперек, из любой пряжи, спицами или крючком. На схеме даны размеры в высоту, но их нужно подкорректировать по второй таблице. 4 см - разница между высотой затылка и лба, 12 см - условная высота козырька, здесь размер зависит от вашего предпочтения. На изображении пр

Сегодня я расскажу вам, как правильно готовить чиабатту – классический итальянский хлеб, как сделать его пористым, с вот такими большими дырочками. А ещё хлеб очень любимым многими за его мягкий воздушный мякиш и хрустящую корочку. ИНГРЕДИЕНТЫ: вода - 180 мл сахар - 6 г (1 ч.л. с горкой) дрожжи сухие - 3 г (1 ч.л.) соль - 4,5 г (2/3 ч.л.) оливковое масло - 7 г (1 ст.л.) мука - 230 г СПОСОБ ПРИГОТОВЛЕНИЯ: Даю рецепт на 2 небольших хлеба. В миску выливаем 180 мл тёплой воды, добавляем 1 ч.л. с горкой сахара, 2/3 ч.л. соли, 1 ч.л. сухих дрожжей и 1 ст.л. оливкового масла. Перемешиваем лопаткой до однородности и высыпаем 230 г просеянной муки. Тесто замешиваем лопаткой до гладкости и эластичности, но при этом тесто остаётся достаточно липким. Миску накрываем пищевой плёнкой, в центре делаем небольшое отверстие, чтобы у теста была возможность «дышать» и оставляем в тёплом месте для брожения на полтора часа. Но каждые 30 минут тесто необходимо складывать «конвертиком». Т.к. тесто липкое,

Ночь на заимке — не молчание, а особая тишина, полная голосов. Дремлет тайга, лишь изредка встрепенётся птица во сне да подшепнёт что-то верхушкой кедра пробегающий над горами ветер. Агафья Карповна, как всегда, спала чутко. Слишком много лет провела она в этой избушке на берегу Ерината, в глуши хакасской тайги, чтобы не слышать, как дышит лес. Она помнила каждый скрип половиц, каждый шорох за стеной. И потому проснулась мгновенно, ещё до того, как её сознание успело понять причину. Но тело уже знало: что-то не так. Козы в хлеву не блеяли, собаки не лаяли — стояла та гнетущая, звенящая тишина, которая бывает лишь перед грозой или когда рядом ходит большая беда. Сердце восьмидесятилетней отшельницы заколотилось чаще, но руки, привыкшие к тяжёлому труду, оставались спокойны. Она прислушалась. Сначала был звук — тяжёлый, влажный, небрежный. Будто кто-то огромный и мохнатый протёрся шкурой о тёсаные брёвна сруба снаружи. Потом послышалось сопение, громкое, как работают кузнечные меха.