Зульфия Одинаева

Пятнадцать лет я была уверена, что соседка Тамара меня просто на дух не переносит. Она никогда не отвечала на мое «здравствуйте». В лифте демонстративно отворачивалась к зеркалу, разглядывая свое отражение. При встрече хмурилась так, будто я лично ей чем-то насолила. Года через три я перестала здороваться. Подумала тогда: зачем тратить душевные силы на человека, который тебя игнорирует? Мы жили через стенку. Я, в сорок шестой квартире, она — в сорок седьмой. Картонные стены нашей панельки не хранили секретов: я выучила наизусть репертуар её громкого телевизора и тяжелые, шаркающие шаги по утрам. Порой казалось, что она шумит назло, но я лишь вздыхала: «Обычная вредная тетка, таких полный дом», — и смирилась. Видела, как она возвращается из магазина. Всегда одна. Тащит тяжелые сумки, руки оттягивает к полу. Однажды, еще в самом начале, я попыталась помочь, придержать дверь подъезда. Она молча выхватила пакеты, которые я попыталась подхватить, и захлопнула дверь прямо перед моим носом. П

История Армении в период завоеваний Александра Великого и последующего раздела его империи представляет собой уникальный пример сохранения национальной идентичности и автономии в условиях глобальных изменений. После завоевания Персидской империи Александром Македонским Армения, находившаяся в составе Ахеменидской державы, разделила её судьбу, но сумела сохранить свою культурную и политическую специфику. 30 сентября 331 года до н. э. состоялась битва при Гавгамелах (Арбелах), ставшая решающим сражением в кампании Александра Македонского против последнего царя Ахеменидов Дария III. В этой битве приняли участие армянские войска под командованием сатрапов Оронта и Митрауста. Их имена, имеющие иранское происхождение, свидетельствуют о тесной связи Армении с персидской культурой и административной системой. Армянские воины, сражавшиеся на стороне Дария III, продемонстрировали высокую боеспособность, но это не спасло Ахеменидскую империю от краха. После поражения Дария III и его последующего

В 1930 году руководство СССР возвело раскулачивание в ранг государственной политики. Вскоре в каждый район была направлена норма раскулачивания. Только вот не было ни четких определений, ни единых правил. В таких условиях на местах началась настоящая вакханалия, под шумок сводя личные счеты. Кто-то всю жизнь недоедал и копил деньги на корову. Раз так, значит подкулачник. Сыграл свою роль и еще не выветрившийся экстремизм первых лет советской власти. Еще тогда, начитавшись трудов Александры Коллонтай, многие бросились обобществлять все, в том числе и женщин. Лишь грозный окрик из ЦК остановил эту вакханалию. Кулачество было поделено на три класса. Весь вопрос в том, как заставить человека работать, когда все общее. Как известно, коллективной ответственности нет. Поэтому Сталин, в годы войны, замкнул все ветви власти на себя. Конечно, он совещался, слушал других, но всю ответственность за принятые решения брал на себя. В случае с колхозом все на оборот. Никто не хотел брать ответственнос