ЕГО КРЕСТИЛИ УМИРАЮЩИМ — А ТЕПЕРЬ ОН ВОИН, И МАТЬ ЧИТАЕТ ТОТ ЖЕ АКАФИСТ
Лампадка перед образом Богородицы горела неровно — огонёк то приседал, то вытягивался, словно и ему было тревожно. Татьяна стояла на коленях, и старый половик продавился под её весом, пропуская холод от досок. Губы шевелились беззвучно: «Пресвятая Богородице, спаси нас...»
На комоде, прислонённый к стопке чистых полотенец, стоял телефон. Экран погас давно, но она всё равно косилась на него после каждой строчки молитвы. Третьи сутки без весточки. Третьи сутки — как три года.
Рядом с телефоном — фотография в простой рамке. Егор в берете, тельняшка выглядывает из-под расстёгнутого ворота кителя. Широкие плечи, подбородок