Татьяна Дмитрюк

В тот день я зашёл в магазин на Первомайской не за хлебом, а за подтверждением простого ощущения: что страна устала. Магазин был обычный, как все — свет холодный, полки прямые, продавщица Люба с лицом человека, который знает про тебя больше, чем ты сам. Я взял корзину, хотя знал, что уйду с пустыми руками. Это всегда так: берёшь корзину, чтобы выглядеть прилично. У входа стояли двое. Бороды аккуратные, спортивные куртки, движения плавные, как у людей, которым никто никогда не говорил нет. Я их сразу отметил, но не потому что они были приезжими. Сейчас все приезжие, даже те, кто родился здесь. Просто эти двое шли так, будто магазин принадлежал им по праву временного пользования. Один был высокий, звали его, допустим, Рашид. Второй пониже, плотный, с глазами человека, который никогда не торопится, — пусть будет Марат. Имена, конечно, условные. В этой истории имена вообще не важны. Важно поведение. Рашид взял с полки сыр, повертел, вздохнул, будто философ. — Цены растут, — сказал он вслух