Andriana Panțir

Разъяренной кошкой шипела новая наложница хана: "Он мой, ты никогда не займешь мое место, а я найду, как расправиться с тобой". Красавица византийка дрожала как осиновый лист: о коварстве этой наложницы хана Узбека уже тогда слагали легенды. Кроме того, Тайдула была монголкой, она лучше понимала обычаи Золотой орды, наконец, она знала язык, а несчастная византийская царевна пока плохо понимала чужую речь. Но что сказать ей? Неужели она не понимает, что несчастная Баялун здесь не по своей воле? Приказ отца, она не властна даже надо собственным телом. Разве сможет она тягаться с Тайдулой, про которую путешественник Ибн-Баттута написал: «Султан любит её за одну свойственную ей особенность, которая (состоит) в том, что каждую ночь он находит её как бы девственницей». -Ты должна бежать, госпожа, - прошептала старая рабыня-гречанка, когда Тайдула покинула шатер ненавистной соперницы. - Или умереть. Тайдула слывет коварной и никогда не бросает слов на ветер. Баялун и сама понимала, что надо с