Инна Карпова

Мартин Борман всегда был в тени фюрера, ни с кем не дружил и не выдавал чувства. Единственным человеком в мире, которому Борман доверял и открывался, была жена, Герда Борман, дочь авторитетного нациста. Вместе они создали семью , воспитывали детей и любили друг друга по всем извращенным канонам Рейха. А начало рассказа о Бормане ищите в оглавлении в конце. Борман - страшный интриган и властолюбец, державший в узде фюрера, дома был образцовым мужем и отцом. Он держал семью вдали от ужасов войны и бомбардировок, в особняке возле горной резиденции Гитлера, в самом безопасном месте Германии. И работая в Берлине или в "Волчьем логове", страшно скучал по жене. Герда и Мартин переписывались, и до нас дошли эти нежные письма. Борман называл в письмах жену "моей любимой девочкой", "сладкой, любимой, дорогой" и "мамочкой". В этих письмах Герда могла прочесть, что является лучшей женщиной на свете, «славной, чудной и бесконечно любимой». Герда отвечала тем же, оставляя на письмах к Борма

Пролог: Призрак на пороге 1945 год, весна. Мариуполь. На пороге дома стоит существо, которое сложно назвать человеком. Сгорбленная фигура весом 40 килограммов. Ввалившиеся глаза. Кожа, обтянувшая кости. Лохмотья вместо одежды. Женщина, открывшая дверь, отшатнулась. Перекрестилась. Потянулась за хлебом — подать страннику милостыню. И тут призрак заговорил: Мамо... Це ж я. Витя. Мать не узнала собственного сына. Она узнала его только по шраму на голове — память о детской травме. Этого человека звали Виктор Иванович Чукарин. Ему было 23 года. Позади — три с половиной года ада. Впереди — то, во что не поверил бы ни один врач: семь золотых олимпийских медалей и статус сильнейшего гимнаста планеты. Часть первая: До войны Виктор родился 9 ноября 1921 года в селе Красноармейское на Донбассе. Отец — донской казак, мать — гречанка. Смесь кровей дала ему и упрямый казачий характер, и средиземноморскую выносливость. Мальчишкой он бредил морем. Хотел стать моряком, ходить на кораблях, видеть даль

В декабре 2016 года в полицейский участок двое здоровенных полицейских завели маленькую сгорбленную старушку: её поймали на выходе из супермаркета Walmart а кражу продуктов общей стоимостью восемьдесят шесть долларов. Дежурный офицер со скучающим видом стал заполнять протокол, пока не дошел до графы «имя задержанной». А звали ее Дорис Пейн. Полицейский поперхнулся. Та самая Дорис Пейн? Женщина, которая полвека терроризировала ювелирные салоны по всему миру и украла драгоценностей больше чем на десять миллионов долларов? И да, это была именно она. Только теперь вместо бриллиантовых колье эта восьмидесятишестилетняя леди стащила консервы и макароны. Дорис Пейн тогда и сейчас. И да, она жива до сих пор - ей 95 лет Тотальная нищета  История Дорис началась в октябре 1930 года в Слэб Форк, крохотном шахтёрском посёлке, который не всегда можно было найти на картах Западной Виргинии. Семья ютилась в однокомнатной фанерной лачуге, где пятеро детей мёрзли под дырявой протекающей крышей. Отец был

Фамилия Ротшильд давно перестала быть просто фамилией. Это — символ непостижимого богатства, финансового могущества и семейной тайны. Их история началась не с дворцов, а с крохотной лавки в еврейском гетто Франкфурта. Как им удалось построить первую в мире транснациональную финансовую империю, которая пережила войны и революции? Основатель: Майер Амшель и «Красный щит» Всё началось в 1744 году с Майера Амшеля Бауэра, сына менялы и ювелира из гетто Франкфурта. Эмблемой лавки его отца был золотой орёл на красном щите — «Rotschield». Майер Амшель не просто унаследовал дело — он превратил это название в бренд и взял его как фамилию. Его гениальность была в стратегии. Он начал с торговли редкими монетами и антиквариатом, завоевав доверие знати, включая могущественный Гессенский дом. Это стало трамплином в мир больших финансов. Секретное оружие: Пять сыновей и пять банков Подлинный взлёт династии связан с волей основателя и его пяти сыновей. Майер Амшель создал не просто семейный бизнес, а