Ангелина Корнейкова (Байкова)

Поезд «Воркута — Москва» мерно покачивался, убаюкивая пассажиров стуком колес. За окном тянулась бесконечная, черная тайга, лишь изредка прорезаемая огнями одиноких полустанков. В купе плацкартного вагона не спали двое. Молодой парень с ноутбуком, назвавшийся Антоном, и его случайный попутчик — грузный мужчина лет пятидесяти с тяжелым взглядом и шрамом на подбородке. Его звали Сергей Петрович. На столике дребезжали два стакана с чаем в мельхиоровых подстаканниках. Разговор, начавшийся с цен на бензин, свернул на армию. — Сейчас служить — санаторий, — хрипло усмехнулся Петрович, крутя в пальцах пачку дешевых сигарет. — Год оттрубил, в телефоне посидел и домой. А мы в девяностые... там другое было. Время было такое, что никто ничего не понимал. Страна развалилась, уставы забыли, а приказы остались. Он замолчал, глядя в темное окно. — Я тогда срочку дослуживал. Девяносто четвертый год. Часть у нас была глухая, в Забайкалье. Снабжения никакого: каша с жуками, бушлаты драные, солярку эконом