Луиза ла

В их доме пахло селективным парфюмом и свежесваренным кофе, но за этим ароматом скрывался горький привкус затяжного конфликта. Марк верил в «естественность». Для него это слово было сродни религии. Он гордился тем, что его жена, Алина, была «натуральной красавицей», в отличие от «пластиковых кукол», которыми кишмя кишели светские рауты их круга. — Ты снова опоздала к ужину, — Марк не поднял глаз от планшета, когда Алина вошла в гостиную. Его голос был холодным, как лед в бокале виски. — Задержалась на работе, дорогой. Отчеты в конце квартала — это всегда хаос, — Алина осторожно сняла шелковый шарф, стараясь не задеть подбородок. Марк медленно встал и подошел к ней. Он был выше, статнее, и его присутствие всегда заполняло собой все пространство. Он протянул руку и резко повернул её лицо к свету. Под левым глазом, едва прикрытый плотным слоем консилера, виднелся крошечный синяк. — Опять? — прошипел он. — Ты снова была у этой своей «волшебницы»? Мы же договорились, Алина. Я плачу за твой