Валентина Ермашкевич-Ракитина

Храм Спаса на Крови - одно из самых узнаваемых зданий Петербурга. И не будет преувеличением сказать - один из его главных символов наряду с Зимним дворцом, Исаакиевским собором и Медным всадником. Не заметить его невозможно, даже если не знаешь, что именно это за храм: он стоит рядом с шумным Невским проспектом, Русским музеем, Михайловским и Летним садом. И пройти мимо тоже не получится - сияющий золотом, мозаикой и эмалью, он вырастает над гладью канала Грибоедова, заставляя туристов останавливаться, смотреть, фотографировать, восхищаться. Но за этим знакомым силуэтом скрывается интересная история: храм мог выглядеть совсем иначе. У него были другие варианты, другие архитекторы и даже другая идея. 1 (13) марта 1881 года на набережной Екатерининского канала (сейчас канал Грибоедова) был смертельно ранен Александр II. Император умер в тот же день. Его сын, взошедший на престол, решил увековечить место гибели отца храмом-мемориалом. Так появился Храм Воскресения Христова, более известн