Елена Литошенко- Колякина

Она вошла в историю как Констанция Бонасье, но за кадром «Трех мушкетеров» разворачивалась настоящая драма, жестокая, унизительная, ломающая. Мастер эпиграмм, всеобщий любимец Валентин Гафт взял ручку и написал про нее стихи. Не изящные комплименты, а «убийственные» строчки, где намекал, что ее место — не на сцене, а в спальне. Эти стихи, словно клеймо, пошли гулять по театральным кулуарам Москвы. «Ты годишься только для постели» — таков был их смысл. Для актрисы, боровшейся за признание своего таланта, это стало публичной поркой. Особенно от человека, чье мнение было законом. Но Гафт был лишь одним из палачей. Худрук «Ленкома» Марк Захаров, раздраженный ее красотой и популярностью у зрителей, методично ломал ее профессионально. Он держал Алферову в театре только из-за мужа Александра Абдулова, а ей самой предлагал роли собаки. Да-да, роль животного, которое только лает. Как же «советская Мерилин Монро», кумир миллионов, дошла до жизни такой? Ответ шокирует: ее предали все, коллег