Елена Богданова ( Габеркорн)

Хотите порадовать близких ароматной домашней выпечкой? Попробуйте приготовить слоеные язычки с сахаром — простое, быстрое и аппетитное лакомство, которое понравится всей семье! Что понадобится? Ингредиенты: Слоеное тесто — 500 г (замороженное или домашнее); Сахар — 100 г; Ванилин — щепотка (по желанию); Яичный белок — 1 штука (для смазывания теста); Масло сливочное — 50 г (для смазки противня). Посуда и принадлежности: Противень; Нож; Формы для печенья (если хотите придать язычкам красивую форму); Бумага для выпечки; Маленькая кисточка (для нанесения яйца). Шаги приготовления Подготовка ингредиентов: Заранее достаньте замороженное тесто из холодильника, дайте ему слегка оттаять при комнатной температуре. Подготовьте остальные ингредиенты: взбейте яйцо с солью и ванилином. Формирование печенья: Раскатайте пласт слоеного теста толщиной около 3-4 мм. Нарежьте тесто полосками шириной около 3-4 см и длиной около 10-12 см. Можно воспользоваться специальными формами для придания формы печенью

Вы часто спрашиваете меня про харчо. Скажу, что это один из самых популярных супов в Грузии. Яркий, густой, не похожий ни на один из известных мне. Где вы видели грецкие орехи в супе, да еще и с пастилой из кислой алычи? Но вы представить не можете, как его коверкают! Готовят на баранине, добавляют аджику и томатную пасту, посыпают укропом и подают со сметаной (( Да и вообще, у многих моих друзей до знакомства со мной было четкое представление, что в Грузии харчо готовят исключительно на баранине, как и все остальное. Но на самом деле, баранину используют крайне редко и готовят из нее, пожалуй, всего два блюда: Харчо же бывает двух видов: суп и мегрельский харчо в виде рагу – это когда можно язык проглотить. Его подают с кукурузной кашей, и это, ребята, просто песня! Если попадёте в Грузию, обязательно отыщите это блюдо. Ингредиенты: 1. Отварите говядину в 3 л воды до готовности (примерно 1,5 часа) и за 20 мин до конца добавьте промытый рис. 2. Пока все варится, обжарьте мелко нарезанн

За четыре месяца – восьмой раз. Я промыла рану над бровью, убрала запёкшуюся кровь. Он сидел на кушетке, не дёргался. Привык. – Глубокая, – сказала я. – Швы нужны. – Не надо. Заклейте. Я заклеила. Достала бинт. И заметила его руки. Снова. Костяшки плоские, кожа над ними толще обычного. Это от ударов – так бывает у боксёров. Но там, ниже, ближе к запястьям, шли другие следы. Тонкие, побелевшие, давние. Они были не вдоль, а поперёк. И явно не от драк. Ему около сорока. Подтянутый, ухоженный. Дорогие часы. И приходит в ночной травмпункт на окраине – в три часа, в пять, в два. Платит наличными. Просит не заносить в базу. Я не заносила. Это нарушение. Серьёзное. Я знала. Но он смотрел так, будто каждый визит – последний. Будто завтра его не будет. И я не могла отказать. – Глеб Ремизов, – прочитала я с карточки, которую заполняла от руки. – Это ваше настоящее имя? – Да. – Аллергии? – Нет. Он отвечал коротко. За четыре месяца я узнала о нём только это: Глеб Ремизов, около сорока, аллергий не