Алла Исаева (Елисеева)

Юля сидела на диване в тёмной комнате, обхватив колени руками. Она уставилась в одну точку, словно пытаясь разглядеть там ответы на мучившие её вопросы. Тяжёлые шторы плотно закрывали окно, не позволяя утреннему свету проникнуть внутрь. Рядом на столике стояла недопитая бутылка вина и одинокий бокал, в котором ещё оставалось немного рубиновой жидкости – молчаливое свидетельство вчерашних переживаний. В дрожащей руке девушка держала телефон. Она снова и снова набирала номер Антона, но каждый раз слышала лишь равнодушный голос автоответчика, сообщавший, что абонент недоступен. Юля швырнула телефон на диван, уткнулась лицом в подушку и замерла, пытаясь спрятаться от реальности, от собственных мыслей, от острой боли, которая не давала дышать. В этот момент в дверь тихо постучали. Не дожидаясь ответа, в квартиру вошла Яна – её лучшая подруга ещё с университетских времён. Она сразу окинула взглядом комнату и всё поняла без слов: разбросанные вещи, пустые бутылки, невымытая посуда – всё гово

– Соглашайся, родной! Подумай сам – что могут дать тебе родители? – уговаривала внука Екатерина. – Квартирка скромная, видавшая виды машина, да и перспектив особых не наблюдается. А у Жанночки ты будешь жить как принц! Отдельная комната с современным ремонтом, мощный игровой компьютер, велосипед последней модели… Всё, что душе угодно! Саша посмотрел на бабушку с искренним сочувствием. Ему показалось, что бабушка сама не понимает, что говорит. Ласково погладив Екатерину по руке, мальчик осторожно спросил: – Бабуль, ты заболела, да? По телевизору говорят, медицина сейчас на высоте – любые болезни лечат! Давай я маму попрошу, чтобы она с тобой в больницу съездила? Тебе так спокойнее будет, правда? Екатерина растерялась. Она вскинула брови, явно не ожидая такого поворота разговора. – Сашенька, с чего ты взял, что я нездорова? Я чувствую себя превосходно! Мальчик нахмурился. – Тогда почему говоришь такие странные вещи? Зачем мне бросать маму и папу, чтобы переезжать к тёте Жанне? К тому же

Когда-то Вадим «взял» Лиду умом. Он был студентом университета. В толстых тетрадках писал витиеватые формулы. От этих формул, как от гречневой каши, у Лиды рябило в глазах. Зато Лида была красивой. Потому и поженились. * * * Это был совершенно нежизнеспособный брак между двумя, непохожими, как хрен и роза, неопытными людьми. Хреном была, конечно, Лида. Она любила Вадима. Берегла его, опекала. Лида растила маленького сына, урывками подрабатывала, выгребая из городских подъездов «бычки», грязь от сотен ботинок, подсолнечную скорлупу. А после покорения многокилометровых лестничных пролётов бегала по магазинам, варила щи да рассольники, «грызлась» с соседями из-за якобы взятого почитать журнала «Уральский следопыт», нахально свистнутого из почтового ящика. Ну, а Вадим работал инженером. По вечерам отдыхал, лёжа на диване «в обнимку» с отвоёванным журналом. * * * Когда Лида остервенело тёрла половой тяжёлой тряпкой бесчисленные подъездные ступени, она вспоминала свою юность. Тог