Николай Коменко

Картина, знакомая по многим фотографиям и кинохронике: подбитый или брошенный исправный немецкий танк «Тигр» или «Пантера» стоит у дороги, а мимо него маршируют колонны советских войск. Иногда на его броне красуется победная надпись, но гораздо чаще эта грозная машина просто дожидается эвакуационных трофейных команд, чтобы отправиться в тыл — не в действующую армию, а чаще всего на металлолом. Этот факт вызывает удивление: почему Красная Армия, особенно в трудные периоды войны, не использовала массово трофейную технику, как это делали немцы с советскими Т-34? Ответ лежит не в плоскости технических возможностей, а в области стратегической логистики, идеологии и долгосрочного планирования, которые в СССР были выстроены иначе. Отказ от трофеев был не ошибкой, а осознанным выбором, продиктованным жёсткой военно-экономической целесообразностью. Главная причина: логистический кошмар и сбой в системе снабжения Ключевой фактор, который перевешивал все потенциальные выгоды от использования не