Оксана Киселёва

В тот день в нашем дворе случился переполох. В песочнице кричали женщины, кто-то спешно хватал детей на руки. Причиной паники был он. Огромный, черный, местами лысый пес, похожий на волка из фильмов ужасов. Он стоял посреди детской площадки, опустив тяжелую голову, и хрипло дышал. — Милицию надо! Или отлов! — кричала соседка с первого этажа. — Смотрите, какой он страшный, точно бешеный! Сейчас кинется! Кто-то уже замахнулся на него палкой. Пес даже не дрогнул. Он просто закрыл глаза, готовясь к удару. В этом жесте было столько обреченности, что мне стало не по себе. Шаг навстречу Я вышел из подъезда. — Не подходи! — крикнул мне сосед. — Порвет! Но я видел то, чего не видели они. Пес не рычал. У него не было пены у рта. Его била крупная дрожь, а сквозь проплешины на боках торчали ребра. Это был не монстр. Это была тень собаки, умирающая от истощения и кожной болезни. Я подошел медленно, держа на открытой ладони кусок булки (в кармане случайно остался). «Монстр» открыл глаза. В них не бы

На трассе между поселками стоит старая бетонная остановка. Ветер здесь гуляет такой, что пробирает до костей, а мимо на огромной скорости проносятся фуры. Не самое лучшее место для жизни. Но именно здесь последние полгода жил пес. Местные водители прозвали его Верный. Хотя, скорее, ему подошло бы имя Брошенный. Продавщица из ларька напротив видела, как всё началось. В начале лета на остановке затормозила старенькая «девятка». Из нее вышел мужчина, высадил пса, что-то строго ему сказал, указав пальцем на скамейку, и... просто сел в подошедший автобус. Машина осталась стоять (видимо, сломалась, или ее забрали позже — история умалчивает), а автобус увез человека в город. Пес честно выполнил команду. Он сел и стал ждать. Он ждал вечером. Ждал ночью. Ждал утром. Первые дни он радостно вскакивал при виде каждого автобуса. Он бежал к дверям, виляя хвостом, заглядывал внутрь, искал знакомый запах. Но двери закрывались, автобус, чадя выхлопами, уезжал, а пес растерянно опускал уши и возвращался