Валентина Тростина (Панина)

– А мясо уже замариновали? Я ведь специально ничего с собой не брала, думала, у вас тут все готово, мы же договаривались к часу, – голос Ларисы Петровны звенел над участком, перекрывая даже шум соседской газонокосилки. Галина Андреевна выпрямилась, чувствуя, как привычно ноет поясница. Она оперлась на тяпку, стряхнула землю с перчаток и посмотрела в сторону калитки. Сватья стояла там во всем великолепии: белые брюки, которые для дачи подходили так же, как бальное платье для шахты, легкая блузка и неизменная широкополая шляпа. Рядом переминался с ноги на ногу ее зять, муж дочери Галины, Вадим, нагруженный лишь собственной сумкой с ноутбуком. – Здравствуй, Лариса, – спокойно ответила Галина, вытирая пот со лба тыльной стороной руки. – Мясо в холодильнике. Витя сейчас мангал разжигать пойдет. Только мы еще не закончили. Видишь, трава после дождей как поперла? Если сейчас не прополоть, потом морковку не найдем. – Ой, Галочка, ну что ты опять со своим огородом! – Лариса картинно всплеснула

С напарником молодому врачу Игорю повезло, это был видавший многое на своём жизненном пути фельдшер Савелий. Раньше Савелий трудился в станции «скорой помощи», ближе к старости перебрался в поликлинику, потому что здоровье уже не позволяло работать посменно. Фельдшер может исполнять обязанности медсестры (но не наоборот!), поэтому Савелий попросил у руководства для себя место с наименьшей ответственностью. Ему предложили сидеть на приёмах с врачом сельской поликлиники в должности медбрата, Савелий согласился. Изредка Игорь Иванович опаздывал на работу, Савелий никогда не жаловался на врача, по мере возможности сам принимал больных, затягивая приёмы в ожидании врача. Сработались и поладили почти сразу. Редко что-то менялось, потому даже в отпуск ходили вместе. Молодой врач боялся, что в помощниках у него может оказаться женщина-медсестра, пусть даже и молоденькая, или наоборот, в возрасте. Он считал, что с противоположным полом сложней ладить, в то же время мужчина медбрат — большая р

Только каждый четвертый мигрант приезжает в Россию работать, свидетельствуют данные Росстата. О вахтовом методе по принципу «приехал — поработал — попрощался» и других мерах по отношению к массовой миграции рассказывает RTVI руководитель думской фракции «Справедливая Россия» Сергей Миронов. По всем соцопросам и обращениям граждан к депутатам, засилье мигрантов остается в топе острейших проблем, волнующих население нашей страны. Еще несколько лет назад «Справедливая Россия» первой забила тревогу — мы выступали за пересмотр чересчур «гостеприимной» миграционной политики, предложили пакет соответствующих законов. В течение долгого времени наши предложения отвергались думским большинством и правительством. Переломным стал 2024 год — этому, к сожалению, способствовал кровавый теракт в «Крокусе». Усилился миграционный контроль, прекратилась массовая легализация и раздача гражданства: за тот же 2024 год паспорта РФ получило рекордно малое число иностранцев. Госдума приняла около двух десятков

Клава сидела на кухне, держа в руке чашку, но пить она не хотела. Мысли гудели, как улей, и все они были об одном — о Валерке, о том, что он ей вчера выложил, и о маминых словах, которые впивались в сознание острее любой иголки. Мать, Анна Петровна, стояла у плиты, с силой помешивая что-то в кастрюле. Её спина, всегда прямая, сейчас выражала упрямство и гнев. — И чего ты уставилась в чашку? — резко начала она, не оборачиваясь. — Опять думаешь, как жизнь свою на корню загубить? Подать на развод, с двумя дитятями на руках… Ума палата. — Мам, я же сказала, что решила, — твёрдо произнесла Клава. — Терпеть больше не могу. Это не жизнь... Анна Петровна швырнула ложку в раковину, где она звякнула. Повернулась, уперев руки в бока. Лицо её, когда-то красивое, а теперь изрезанное морщинами забот, было искажено горькой усмешкой. — Не жизнь? А что, по-твоему, будет потом, когда ты одна останешься? С двумя детьми, с клеймом разведёнки? Ты думаешь, мужики к тебе очередь выстроятся? Да никто на те

– Ты с ума сошла, переться туда без звонка? А если у него совещание? Если там важные люди, инвесторы какие-нибудь, а тут ты со своими пирожками? – Людмила на том конце провода искренне недоумевала, громко прихлебывая чай. Марина зажала телефон плечом, продолжая укладывать в плетеную корзинку, накрытую белоснежной салфеткой, еще теплые расстегаи с рыбой. Запах на кухне стоял такой, что слюнки текли даже у сытого кота Барсика, который крутился у ног хозяйки, надеясь на упавший кусочек. – Люда, ну какие инвесторы в обеденный перерыв? – Марина улыбнулась своему отражению в зеркале прихожей. – У Сережи сегодня день рождения, юбилей трудовой деятельности, можно сказать. Ровно двадцать лет, как он в этой фирме. Я хочу сделать сюрприз. Он вечно жалуется, что в их столовой кормят пластмассовой едой, а тут домашнее, горячее. И потом, я же не в кабинет к нему ворвусь. Подойду на ресепшен, попрошу вызвать. – Ой, смотри, подруга, – вздохнула Людмила. – Не любят мужики таких сюрпризов. Мой бы меня