Константин Диденко (Чалый)

Давайте сразу отбросим сентиментальную шелуху и хруст французской булки. В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге произошло не просто убийство. В подвале дома Ипатьева, в тесной комнате, пропитанной запахом извести и страха, была поставлена жирная, кровавая точка в истории Российской Империи. Семь членов семьи, четверо слуг. Одиннадцать трупов. И один вопрос, который мучает всех уже больше ста лет: чья рука на самом деле нажала на спусковой крючок истории? Кто отдал приказ? Я занимаюсь историей полжизни, и поверьте, здесь нет простых ответов. Есть факты, есть документы, а есть та самая серая зона, где прячется истина. Сегодня мы разберем это холодно, без истерик и, ради бога, без конспирологии. Начнем с того, что происходило на «земле». Непосредственным исполнителем, тем человеком, который смотрел в глаза Николаю II перед тем, как выхватить кольт, был Яков Юровский. Комендант «дома особого назначения». Фигура, безусловно, зловещая, но в то же время абсолютно функциональная. Ю

Почти полвека выходили они на эстраду с такими словами: «Здравствуйте, дорогие товарищи!» – «Добрый вечер!» – «Приветствуем вас!» – «Здоровеньки булы!» Длиннющий, степенный Тарапунька и маленький задиристый Штепсель. Их популярность была воистину всенародной. С ними здоровались на улицах, приглашали в гости, штурмовали концертные залы, в которых они выступали. Малыши в детских садах распевали: «До-ре-ми-фа-соль-ля-си, ехал Штепсель на такси, Тарапунька прицепился и бесплатно прокатился». Приходили телеграммы с трогательно-наивным адресом: «Москва, Кремль, Тарапуньке и Штепселю». И самое забавное – эти депеши  адресаты получали. Но поскольку проживали оба в Киеве, я однажды, в конце шестидесятых, снова оказавшись на берегу Днепра, перво-наперво заявился в квартиру №7 дома №42 по Владимирской, где обитал Юрий Трофимович Тимошенко. А затем в квартире №49 дома №9 по улице Ленина обнаружил Ефима Иосифовича Березина. После чего мы втроём встретились в гостиной Дома актёра. *** Прежде всего