Лилия Василенко (Швец)

Житейские истории Осиротел Ванюша, когда не было ему и трех. Старших братьев забрали в детдом, а его — пожалел дед, сухой и седой. «Мал еще. Пропадет». Так и пошли по жизни — старик да мальчишка. В церковь вместе, на службы. Ваня, добрый и послушный стал прислуживать в церкви. Мечтал стать священником. А после службы — играл с «поповичами», сыновьями батюшки, заглядывая в их устроенный мир. И был один из дней Страстной седмицы, время глубокого покаяния и молитвенного сосредоточения. «Поповичи» вышли за калитку, жуя что-то с таинственным и довольным видом. — Пирожки, — поделились они. — С яйцом. Ваня замер. Мир его, выстроенный на простоте «можно» и «нельзя», дрогнул и съежился. — Так… пост же… — выдавил он в недоумении. Старший мальчик снисходительно махнул рукой: — Нам мама сказала: есть можно. Только не на виду, не показывая никому... Слова были просты. Но для Вани мир рухнул, слова разломали скрижали. Вера — не твердыня, а ветхая завеса, за которой взрослые договариваются о чём-то