Оксана Гюлбекян(Похомова)

– Таня, ты точно взяла масло восемьдесят два процента жирности? Ты же знаешь, мама другое не ест, у нее от дешевого изжога, – Игорь заглянул в пакет, который Татьяна с трудом удерживала на весу, пытаясь открыть багажник машины ногой. Татьяна выдохнула, чувствуя, как пластиковые ручки врезаются в ладони. – Игорь, я взяла самое дорогое, "Экомилк", как она просила. И колбасу сырокопченую, и рыбу красную, и тот самый чай в жестяной банке. Всё по списку. Помоги лучше, тяжело же. Игорь спохватился, перехватил пакеты и аккуратно уложил их в багажник их старенького "Рено". – Ну, не сердись, Танюш. Просто мама звонила три раза, волнуется. У нее давление скачет, говорит, холодильник пустой, даже мышь не повесится. А пенсия только на следующей неделе. Ты же понимаешь, ей тяжело одной. Татьяна села на водительское сиденье и пристегнулась. Понимала ли она? Конечно. Последние три года, с тех пор как умер свекор, каждый пятничный вечер превращался в один и тот же сценарий. После работы Татьяна мчала