Елена Чернова

Он подписал документы без колебаний, в графе «фамилия» теперь значилось: Шпигель. Бронислав, единственный сын человека с «золотым голосом» России, навсегда стер из своей жизни имя «Басков». Это был не подростковый бунт, а холодный, взвешенный жест отречения от отца. В тот момент 19-летний парень поставил жирную точку в истории, которая тянется с его детства. «У меня свой путь, и в нём нет места этому человеку», — так, по словам близких к семье источников, он объяснил свое решение. А что же чувствует тот самый «человек», чье лицо с обворожительной улыбкой знает вся страна? Николай Басков в своих бесчисленных интервью говорит о сыне уклончиво, голос дрожит, взгляд бегает. Однажды, когда ему показали свежее фото Бронислава, он не выдержал и сбежал со съемок. За маской задорного весельчака Николай прячет пропасть отцовской боли и вины. Как дошло до этого? Кто виноват? И есть ли шанс на прощение? Взлет на чужих деньгах и брак по расчету История начиналась как классическая сказка про Золушк

Николай Нилович Бурденко родился в мае 1876 года в селе Каменка (ныне Пензенская область). Вряд ли кто-то мог тогда предположить, какая насыщенная жизнь ждёт мальчишку. Николай Бурденко до 1885 года учился в Каменской земской школе, потом его образование было духовным – училище, семинария, с отличием сдал экзамены в Петербургскую духовную академию, но резко передумал и направился в Томск. Николай стал студентом только открывшегося медицинского факультета Томского государственного университета. Это было в 1897 году. В университете Николая Ниловича особенно увлекла анатомия, и уже в начале третьего курса его назначили помощником прозектора. Работая в анатомическом театре, Николай Бурденко успевал заниматься оперативной хирургией и помогать отстающим студентам. В 1899 году Николай Бурденко был отчислен из университета за участие в забастовках. Но подал прошение, и его приняли обратно. До 1901 года проучился в Томском университете, затем его имя снова попало в список бунтовщиков, поэтому о

Тело императора Петра I, скончавшегося в муках 28 января 1725 года, пролежало непогребённым в Петропавловской крепости почти шесть лет. Эта необычная задержка породила множество слухов, и главным их героем стал ближайший сподвижник царя — Яков Брюс, которого молва называла не иначе как «колдуном» и «чернокнижником». Сорок дней скорби и путь в крепость Смерть императора, вызванная, по мнению современных медиков, мочекаменной болезнью и последствиями венерического заболевания, стала потрясением для страны. Прощание с монархом было долгим и торжественным. Его гроб стоял в парадном зале Зимнего дворца, превращённом в «печальную залу» (castrum doloris), целых 42 дня — этот срок позже стал традиционным для похорон Романовых. Лишь 8 марта 1725 года траурная процессия двинулась в Петропавловскую крепость. Несмотря на лютый мороз, императрица Екатерина I прошла весь путь пешком. Однако прибытие к месту последнего упокоения не означало скорого погребения. Шесть лет в ожидании: мавзолей, которы

Полвека назад, в новогоднюю ночь 1976 года, страна впервые увидела то, что стало главным новогодним ритуалом до сих пор - «Иронию судьбы, или С легким паром!». Сразу 300 миллионов зрителей! Представьте себе, все они - от Калининграда до Владивостока - затаив дыхание следили за приключениями Жени Лукашина. А ведь за этой комедией стоит не только талант режиссера, но и его собственная история любви, в которой хватало драмы, страсти и настоящих человеческих слабостей. Эльдар в детстве Рязанов - Дед Мороз советского кино Эльдар Александрович мог бы быть Дедом Морозом в кинематографе. Сначала был 1957-й и «Карнавальная ночь». Вся страна распевала «Пять минут» Гурченко - от Москвы до Владивостока. Через одиннадцать лет появился «Зигзаг удачи» - такая зимняя история с каскадом приключений, что голова кругом. Первого января 1976-го вся страна застыла у телевизоров - на Первом крутили «Иронию судьбы». Потом это стало традицией, фильм стали показывать каждый Новый год. Рязанову не раз задавали

Я — стоял. Десятки пачек, на которых крупно и красиво написано: «Масло сливочное». Берешь одну, читаешь состав. Сливки. Вроде бы все чисто. Берешь другую — там тоже сливки. Цены разные, названия разные, а слова одни и те же. И вот вопрос, который в конце концов свел меня с ума: как же так? Почему при, казалось бы, идентичном составе продукты так кардинально отличаются по вкусу, запаху, цвету и даже по тому, как они ведут себя на сковороде? Моя история началась с неудачного завтрака. Я тогда решил вести здоровый образ жизни, считать калории, отказаться от всего лишнего. Купил «правильное» масло — подешевле, с правильной надписью. Положил на горячий тост… и оно не растеклось золотистой лужицей, а как-то странно расползлось белесой пеной. Запах был… нейтральный. Нежный, молочный аромат детства отсутствовал напрочь. Вкус — будто ешь что-то жирное, но абсолютно безликое. И тут в голове щелкнуло: что-то не так. Я инженер по образованию. Мой мозг устроен так, что если есть проблема, ее нужно