Предыдущая публикация
Левая колонка
Недавно
Фильтр
Не прояснённое с собой неизбежно осядет на других в качестве скороспелых обид и завышенных ожиданий.
Когда мы боимся завершать свои внутренние диалоги, пасуя перед не самыми удобными вопросами, когда не доживаем до конца все свои чувства и когда не умеем выдерживать свои сложные состояния, нам не удаётся понять ни самих себя, ни других людей.
Удаётся попасть в заблуждение, будто искать надо снаружи, и будто наша затянувшаяся тоска и неудовлетворённость зависят только от того, чего мы не можем получить от других.
Именно так акценты смещаются в поиск недолюбивших, недодавших, недооценивших: от родителей до бывших и сегодняшних избранников.
Всё это становится сладкой привычкой: нравитьс
Когда мы боимся завершать свои внутренние диалоги, пасуя перед не самыми удобными вопросами, когда не доживаем до конца все свои чувства и когда не умеем выдерживать свои сложные состояния, нам не удаётся понять ни самих себя, ни других людей.
Удаётся попасть в заблуждение, будто искать надо снаружи, и будто наша затянувшаяся тоска и неудовлетворённость зависят только от того, чего мы не можем получить от других.
Именно так акценты смещаются в поиск недолюбивших, недодавших, недооценивших: от родителей до бывших и сегодняшних избранников.
Всё это становится сладкой привычкой: нравитьс
Пока осваиваешь неотменяемую по собственному желанию горечь реальности, пока пытаешься ужиться с нею, создавая неуверенный баланс из того, что удаётся найти в скудном ассортименте утешения, приходится осваивать и личные непростые состояния.
И здесь выбор тоже не так богат: или греметь снаружи, присоединяясь к массовым выбросам двусторонней ненависти, в итоге которой никто не отличим друг от друга, или срываться на безопасных близких, или цепляться за что-то внутри, преодолевая приступы разочарования в возможной победе здравого смысла.
Когда я подумала об этом, то поняла, что только последнее. Не в гордыне показательной хорошести, а в осознанной поддержке так отчаянно проигрывающего здравог
И здесь выбор тоже не так богат: или греметь снаружи, присоединяясь к массовым выбросам двусторонней ненависти, в итоге которой никто не отличим друг от друга, или срываться на безопасных близких, или цепляться за что-то внутри, преодолевая приступы разочарования в возможной победе здравого смысла.
Когда я подумала об этом, то поняла, что только последнее. Не в гордыне показательной хорошести, а в осознанной поддержке так отчаянно проигрывающего здравог
У моей личной внутренней несломленности много оттенков, как я заметила.
Из постоянства - она сама, не отменяющая себя даже в моменты острого бессилия.
Несломленность моя бывает и воинственной, агрессивной, пропитанной дерзкой способностью мгновенно отражать все внешние попытки обрушить её, ослабить, перебить настойчивым абсурдом, выдаваемым за одну на всех истину.
Бывает хмурой, молчаливой, отчуждённой, но упрямо несущей себя.
Бывает тихой и грустной, обманчиво податливой не противостоять ничему, но противостоящей тем не менее.
И равнодушной тоже бывает. Не наигранно, а честно. И это равнодушие не ко всему абсолютно глухое и неотзывчивое, а именно к тому, что давно разгадано своими хитр
Из постоянства - она сама, не отменяющая себя даже в моменты острого бессилия.
Несломленность моя бывает и воинственной, агрессивной, пропитанной дерзкой способностью мгновенно отражать все внешние попытки обрушить её, ослабить, перебить настойчивым абсурдом, выдаваемым за одну на всех истину.
Бывает хмурой, молчаливой, отчуждённой, но упрямо несущей себя.
Бывает тихой и грустной, обманчиво податливой не противостоять ничему, но противостоящей тем не менее.
И равнодушной тоже бывает. Не наигранно, а честно. И это равнодушие не ко всему абсолютно глухое и неотзывчивое, а именно к тому, что давно разгадано своими хитр
Что такое осень – это небо,
Плачущее небо под ногами,
В лужах разлетаются птицы с облаками,
Осень, я давно с тобою не был.
В лужах разлетаются птицы с облаками,
Осень, я давно с тобою не был.
Осень, в небе жгут корабли,
Осень, мне бы прочь от земли.
Там, где в море тонет печаль,
Осень тёмная даль.
Что такое осень – это камни,
Верность над чернеющей Невою,
Осень вновь напомнила
Душе о самом главном,
Осень, я опять лишён покоя.
Осень вновь напомнила
Душе о самом главном,
Осень, я опять лишён покоя.
Осень, в небе жгут корабли,
Осень, мне бы прочь от земли.
Там, где в море тонет печаль,
Осень, тёмная даль.
Что такое осень – это ветер
Вновь играет рваными цепями,
Осень, доползём ли, долетим л
Плачущее небо под ногами,
В лужах разлетаются птицы с облаками,
Осень, я давно с тобою не был.
В лужах разлетаются птицы с облаками,
Осень, я давно с тобою не был.
Осень, в небе жгут корабли,
Осень, мне бы прочь от земли.
Там, где в море тонет печаль,
Осень тёмная даль.
Что такое осень – это камни,
Верность над чернеющей Невою,
Осень вновь напомнила
Душе о самом главном,
Осень, я опять лишён покоя.
Осень вновь напомнила
Душе о самом главном,
Осень, я опять лишён покоя.
Осень, в небе жгут корабли,
Осень, мне бы прочь от земли.
Там, где в море тонет печаль,
Осень, тёмная даль.
Что такое осень – это ветер
Вновь играет рваными цепями,
Осень, доползём ли, долетим л
Честно и достойно - это когда называешь чуждое для себя - чуждым, и отходишь.
Нелюбимое - нелюбимым, и отходишь.
Некрасивое - некрасивым, и отходишь.
Вызывающее отвращение - вызывающим отвращение, и отходишь.
И всё наоборот, когда врастаешь туда, где ничего и никого не удаётся ни принять, ни полюбить, ни оценить положительно, но отчего-то кажется, что твоя неприязнь, нелюбовь и отчуждение должны обязать других изо всех сил заслуживать противоположного.
Не должны.
Не должны, ибо даже близкие люди меняются не потому, что их не любят, отвергают, критикуют и требуют перемен ради себя - всё это вообще невозможно в близости! - а потому что взаимно или поодиночке приходят к необходимости улуч
Нелюбимое - нелюбимым, и отходишь.
Некрасивое - некрасивым, и отходишь.
Вызывающее отвращение - вызывающим отвращение, и отходишь.
И всё наоборот, когда врастаешь туда, где ничего и никого не удаётся ни принять, ни полюбить, ни оценить положительно, но отчего-то кажется, что твоя неприязнь, нелюбовь и отчуждение должны обязать других изо всех сил заслуживать противоположного.
Не должны.
Не должны, ибо даже близкие люди меняются не потому, что их не любят, отвергают, критикуют и требуют перемен ради себя - всё это вообще невозможно в близости! - а потому что взаимно или поодиночке приходят к необходимости улуч
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту