Олег Мельников

В первые дни января 2026 года российское общество оказалось перед лицом странного и тревожного парадокса: страна, которая годами утверждала своё право на силу, суверенитет и непримиримость, внезапно замолчала. Не в смысле тактической паузы — а в смысле системного отказа власти от диалога с собственным народом. Удары беспилотников по жилым домам в Воронеже, Хорлам атаки на Белгород, захват российских танкеров в Атлантике, ответ «Орешником» по Львовской области — всё это должно было стать поводом для чёткой, внятной, стратегически выверенной коммуникации. Вместо этого — информационный вакуум. И в этот вакуум хлынули слухи, насмешки, цинизм и, что самое опасное, доверие к западным СМИ как к единственному источнику правды. 9 января Минобороны РФ объявило: гиперзвуковая ракета «Орешник» нанесла удар по целям на Украине в ответ на террористическую атаку БПЛА на резиденцию президента в Валдае. Это звучало логично: высшая точка власти под угрозой — значит, ответ должен быть максимальным. Но у